Меню Закрыть

Полный текст статьи А.Б.Гуляряна, представленный на конкурс «Фанткритик-2020»*

Ровно год назад завершился конкурс рецензий и критических статей на книги в жанре фантастики “Фанткритик-2020”. Там, в частности, была представлена статья Артёма Гуларяна о моих новых книгах. Напомню, ранее он уже писал о них: в 2019 году это было предисловие к трёхтомнику “Наследники Рима”, а в 2020 – материал в сетевом журнале “Дегуста”. По сравнению с ними эта обзорная статья – наиболее ёмкая, содержательная и развёрнутая, почти 20 тыс. знаков.

По моим ощущениям, на настоящий момент она является наиболее ценным, наряду с рецензией Дмитрия Мартынова, среди всего, что было написано о “Божественном мире” за 20+ лет со времени выхода первых книг цикла. Некоторые принципиальные моменты, связанные с этой статьёй, я поясню отдельно, а сам текст статьи можно прочесть ниже в этом посте.

* Источник – конкурсная публикация в открытом доступе сети Facebook. Правда, там статья размещена под странным названием “Из чего строятся миры (Краткое пособие для начинающих демиургов)” – как и откуда оно взялось, я понятия не имею, могу лишь догадываться. Авторское название –

СХВАТКА ЗА ВЛАСТЬ И СВОБОДУ

Есть у гуманитариев один конёк. Они могут долго, вдумчиво и со вкусом конструировать собственные фантастические миры на базе того материала, который имеют под рукой. С оригинальной историей придуманного мира, его географическими картами, планами дворцов, храмов и подземелий, населяющими этот мир человеческими (и не очень) народами. Среди удачных примеров – миры, созданные Джоном Толкиным [7], Урсулой Ле Гуин [5] или Джорджем Мартином [6]. О детальной проработанности мира Арды к настоящему времени не написал только ленивый: подготовительные материалы и черновики превосходят по объему эпопею «Властелин колец». Детально проработан мир Земноморья. Джордж Мартин пока не закончил свою «Песнь льда и пламени», но читатели все еще надеются.

Из какого же материала создавали свои миры эти три писателя, двое из которых давно уже признаны классиками жанра, а третий близок к подобному признанию? Ответ прост и лежит на поверхности – из культуры западноевропейских народов, прежде всего из древнего и средневекового эпоса. Д.Р.Р.Толкин был филологом, блестящим лингвистом и лучшим знатоком англосаксонских легенд и сказаний. И строил на их основе свой мир Арды. Литературовед А.И.Мирер, писавший под псевдонимом «А.Зеркалов», прямо указывает, что основная фабула сюжета о Кольце – это борьба с Аттилой в V в., когда Европа первый раз за всю историю стояла на краю гибели [1]. С этим можно соглашаться или спорить, но с тем, что главные герои Толкина Гендальф и Арагорн – это преображенные волшебник Мерлин и король Артур – согласятся, я думаю, все. Блестящая же лингвистическая подготовка позволила ему создать для своего мира несколько языков: два языка эльфов, язык гномов, язык Северного Средиземья [1]. И каждому языку был придуман свой рунический алфавит. Таким образом, огромные пласты культуры были переосмыслены заново и послужили строительным материалом для нового мира. Остается преклониться перед титаническим трудом мастера.

С Урсулой Ле Гуин дело обстоит немного сложнее. Ее «Волшебник Земноморья» не имеет прямых соответствий в нашем прошлом. Это вызывает полемику о характере материала, который послужил основой для создания этого мира. Некоторые усматривают связь творчества Ле Гуин с теорией психоанализа, другие ссылаются на «Золотую ветвь» Джона Фрезера [5]. Но автор данной статьи после прочтения этой трилогии вынес личное убеждение, что речь идет об эпохе бронзы, точнее – об остающимся пока еще во многом загадочным Крито-Микенском мире. В придуманном мире знать может носить бархат и шелка и жить в средневековых замках, но бронзовый нож, кожаная куртка и ясеневый посох Геда, когда он уходит из дома, страх жителей острова Гонт перед землетрясениями и исключительная роль мореплавания в созданном Ле Гуин мире отсылают, на мой взгляд, к Эгейскому архипелагу II-I тысячелетия до н.э.

Джордж Мартин в этом отношении более понятен: его мир, напоминающий Позднее Средневековье, восходит к борьбе Йорков и Ланкастеров за английскую корону. К знаменитой войне Алой и Белой Розы, предопределившей развитие Англии по пути первоначального капиталистического накопления: старая знать перебила друг друга, а новые люди, занявшие освободившиеся места, были лишены средневековых «предрассудков» перед ростовщичеством…

В нашей литературе в последние годы появляются произведения, описывающие проработанные миры. Примером может служить цикл «Земля лишних» безвременно ушедшего от нас Андрея Круза. Этот мир имеет детально проработанную географию, свою собственную фауну и флору, напоминающую немного земной эоцен [4]. Но этот мир лишен истории. Герои Круза – эмигранты из нашего мира, осваивающие фронтир. Это новые люди на новой земле. А мир Толкина – историчен, и даже историоцентричен: его героям приходится развязывать узлы, завязанные в далеком прошлом, о котором мы, читатели, сами узнаем по мере развития сюжета.

Другой современный автор Роман Злотников пишет в жанре альтернативной истории. Его циклы «Царь Федор» [2] и «Генерал-адмирал» [3] являются детально прописанными историческими тайм-лайнами. Но это наш мир, мир России и ее соседей. Просто история этих стран пошла по иному пути.

Создать свой мир, принципиально альтернативный нашему и, вместе с тем, органично вырастающий из него, попытался Борис Толчинский в трилогии «Наследники Рима», которая входит в масштабный цикл «Божественный мир». Эта трилогия – романы «Нарбоннский вепрь» [8], «Боги выбирают сильных» [9], «Воскресшие и мстящие» [10] – на самом деле один большой роман в трех непохожих друг на друга частях. Описанный в этом произведении мир Аморийской империи – это не придуманный наново автором мир, подобный Средиземью, Вестеросу или Земноморью, это все-таки наша Земля. История, культура и геополитическая конфигурация этого мира частично совпадает с нашей, но в другой своей части представляет всей привычной нам реальности достаточно жесткую и радикальную противоположность.

Что же это за мир? Это современная Римская империя, которая не пала, а была выдавлена варварами из Европы в Северную Африку. Где восстала, как феникс из пепла, нашла новую волю к борьбе и новые силы для жизни, а с ними – и новые технологии, иные из которых кажутся фантастическими даже по сравнению с нашими, XXI века. То есть перед нами твёрдая научная фантастика и альтернативная история, имеющая с нашей общее прошлое, но где-то в эпоху Аттилы и Аэция свернувшая на другой путь. На момент действия книг в этом альтернативно-историческом мире развитые технологии сочетаются с классическим рабством, а утонченная культура античности – с догматической верой.

Pax Amoria – это и универсальное государство в том смысле, в котором его понимали римлянин Цицерон, поздние стоики или наш русский старец Филофей: государство со смешанным государственным устройством, идеальными законами и универсальным гражданством, являющееся по существу единственным НАСТОЯЩИМ государством, которому должны завидовать и подражать все остальные. Универсальное государство с идеальными, по мнению его устроителей, законами может существовать вечно и должно расшириться до границ обитаемой вселенной – Ойкумены. Или, по меньшей мере, поставить эту Ойкумену под свой неусыпный контроль.

И аморийцы по праву считают своё государство идеальным и универсальным: ведь во главе его стоит живой бог – император-фараон, глава светской и духовной власти, прямой потомок Фортуната, великого римлянина, воссоздавшего Империю в Африке после её крушения в Европе. Любопытно, что колоссальная хрустальная статуя этого самого Фортуната венчает Палатиум, главный императорский дворец столицы, внешне напоминающий ступенчатую пирамиду фараона Джосера в Саккаре, подобно тому как статуя Ленина венчала бы зиккурат Дворца Советов в Москве, если бы он был построен. (Вообще, многое из того, что у нас, в реальном мире, было лишь в проектах, в альтернативно-историческом, у Толчинского, давно реализовано: еще один пример – мост через Гибралтар из Африки в Европу.) Рядом, в Квиринальском дворце, заседает имперское правительство. Еще есть Сенат, собрание высшей знати, Народный дом, орган представительства плебеев, и даже Форум – все как в старом Риме. Подданные бога-императора делятся на патрисов и плебеев: первые – своеобразное дворянство, вторые – «рабочие и крестьяне», подчиняющееся большинство. В общем, чистой воды смешанное государственное устройство по Цицерону.

А скрепляется оно новой господствующей религией – аватарианством. Эта новая религия родилась не на пустом месте, наоборот, автор очень аккуратно выводит её из… удивительной, мистической и непохожей ни на какую другую веры древних египтян. Аватарианство – тот же египетский генотеизм в новом имперском обличии, где бог-демиург Птах, сотворивший мир словом, становится верховным Богом-Творцом, все остальные боги – его аватарами (воплощениями), а бог-император-фараон – их представителем в мире людей. Древнеегипетская религия, пережившая в Новой Римской империи новое возрождение, лежит в фундаменте аватарианства, но последнее также сочетает в себе иудейскую исступленность с римским прагматизмом. У аморийцев, как у иудеев, единственный Храм на вершине священной горы, и множество домов молений. Поклоняются они Творцу, двенадцати его посланцам-аватарам и богу-императору, а веруют в священность, истинность и справедливость своих законов и государственных установлений, то есть «божественного порядка». И называют этот свой порядок совершенно по-египетски – Маат. Порядку Маат противостоит хаос Асфет: пережившие родовую травму краха своей Первой (античной) империи, наследники Рима больше всего на свете боятся именно хаоса, слабости перед варварами и гибели цивилизации.

Неудивительно поэтому, что аватарианство – весьма непримиримая, в чем-то даже и тоталитарная религия. Это отличает ее от терпимой языческой веры древних римлян. Ни в республиканском, ни в имперском Риме не было конституции или теократии. А в альтернативном мире по Толчинскому они есть и представляют собой неразрывное единство, так что автор предъявляет его как отдельную модель «конституционной теократической монархии». Конституционные ограничения не дают диктаторам, военачальникам и просто проходимцам узурпировать власть (как нередко случалось в Древнем Риме), а теократия скрепляет государство и общество. Любой, кто усомнится в справедливости имперского Маат, «божественного порядка», рискует всем, и даже жизнью. Цивилизованные аморийцы готовы сжигать еретиков на кострах с не меньшим рвением, чем древние египтяне (этот способ казни именно они и придумали, их религия была очень материалистична: для комфортного существования душ – а их несколько – обязательно нужно было сохранить тело, отсюда обряд мумификации; принца,  посмевшего поднять руку на отца, просто сожгли и развеяли, а создателям фильма «Мумия» двойка по истории).

Несмотря на это, из среды иереев-интеллектуалов появляются еретики и становятся наставниками свободолюбивых варваров, противников Империи. Казалось бы, таким героям нужно сочувствовать, и правда, поначалу им сочувствуешь, но в мире Толчинского всё намного сложнее, чем у Толкина или Лукаса: великие поборники свободы, равенства и братства, неправедно приговорённые имперскими властями к смерти как «приспешники Асфета», и на самом деле ведут себя как адепты хаоса, фанатики, готовые идти к своей священной цели по трупам миллионов ни в чём не повинных людей. Знакомо, правда? И главный герой, молодой галльский принц, затем герцог, поднявший бунт против Империи и когда-то спасший этих ересиархов от смерти, взрослея на своих ошибках, уже сам мечтает их убить… Но есть ли в этом «Божественном мире» настоящая свобода, если нужно вечно выбирать между хаосом и несвободой?

Этот человеческий конфликт причудливым образом накладывается на политический, на схватку у самых вершин власти. Дело в том, что Божественный император, которому все поклоняются, скорее царствует, чем правит. За него правит первый министр, называемый на древнеегипетский манер «чати». И вот за пост чати, за реальную власть, идет непрерывная, ожесточенная, публичная и подковерная, короче, самая разнообразная борьба между княжескими кланами потомков Фортуната. Причем за спинами публичных политиков скрываются всевозможные силы и группы влияния – высшая знать и служилое дворянство, старая военная верхушка, молодое офицерство, могущественное столичное чиновничество и набирающая силу плебейская олигархия, провинциальные архонты и изгои, мечтающие снова покорять олимпы, влиятельные интеллектуалы и «золотая молодёжь», воинствующий демос (скорее даже охлос, аристотелевская толпа) и тайное жречество из священной столицы, внушающее трепет всем вместе и каждому по отдельности. Ни в Египте, ни в Элладе, ни в Риме с их достаточно простым устройством правления не было такого политического многоголосия. Оно более характерно именно для наших нынешних времен или даже предстоящих. Но что вы хотели от автора, который, на минутку, одним из первых защитил у нас в стране диссертацию по политологии?

И чем дальше, тем больше обостряются и усложняются все эти конфликты. Прожжённые политики теряют контроль за ситуацией, их вечные интриги оборачиваются против них самих, наивные варвары сами поневоле становятся политиками, страсть и прагматизм переплетаются, а силы хаоса всё активнее выталкивают героев к их новым и неведомым ролям. Уже не две, а три или четыре стороны становятся врагами, друзьями, любовниками, союзниками, попутчиками, и все так или иначе – соучастниками нового грандиозного переустройства Ойкумены, которое в «Наследниках Рима» только намечается, а в продолжениях цикла обещает потрясти весь мир. Читателю впору делать ставки: кто победит в этой схватке за власть и свободу? И будет ли вообще он, победитель…

Нам это предстоит узнать из новых романов цикла, уже анонсированных Борисом Толчинским.

Итак, Борис Толчинский фактически описал иную, альтернативную Византию. В нашем мире Византия (а по правильному – Ромейская империя) тоже пережила античный Рим почти на тысячу лет. Но со временем она одряхлела, и ее куски расхватали арабы, венецианцы, генуэзцы, и в конце концов всеми землями ромеев завладели турки. Аморийская империя Толчинского, напротив, выстояла в бесконечных схватках с викингами, персами и другими варварами. Венецианцы и генуэзцы в этом мире просто не появились, арабы остались в Аравии, а турки кочуют в районе Алтая и стараются как можно реже привлекать к себе внимание Империи.

Ее особенная сила – в неожиданно открывшемся (или открытом, разработанном, автор тут намеренно сгущает тайну) источнике энергии, природа которой не до конца ясна даже обитателям самого Аморийского мира. В ответах на вопросы читателей сам Толчинский говорит, что ничего сверхъестественного в этой «новой» энергии нет: это внешняя радиация, космические лучи. Научившись улавливать их и поставив себе на службу, аморийцы строят самолеты, экранопланы, дирижабли и огромные военные корабли, работающие на этой энергии. У варваров нет ничего подобного, они по-прежнему сражаются мечами, арбалетами и копьями, ездят на конях и бывают счастливы, когда удается выставить против имперцев пушки. Это не говоря о совершенных средствах связи, похожих на наш интернет. Культурологически в мире Толчинского Европа и Африка как бы поменялись местами: потомки галлов, германцев и викингов застряли пусть и в Высоком, но все-таки Средневековье, и по отношению к ним цивилизованные аморийцы с другой стороны Средиземного моря успешно выступают как «регрессоры». Трудно не усмотреть в этом некую полемику с прогрессорами у Стругацких. Но и здесь не все так однозначно: решающее преимущество Империи, эта могучая энергия, становится ее же и проклятием. Так, если в нашей реальности экономика только зависит от углеводородов, то в альтернативном мире Pax Amoria на «божественной» энергии строится вообще всё – от технологий до идеологии. Если в столь слаженном и важном механизме что-то пойдет не так, надменным имперцам не позавидуешь! А ведь намеки на это считываются в каждом романе трилогии.

Свою империю Толчинский выстраивает, причудливо смешивая Древнеегипетскую и Античную культуру. Его патрисы одеваются по древнеегипетской моде, но свободно наизусть декламируют греческих и римских авторов на языке оригинала, и на том же языке делают комплименты или вставляют «шпильки» своему собеседнику. И даже плебеи у Толчинского знают Гомера и могут стать на сторону того оратора на Форуме, который к месту ввернул в свою речь классические стихи. Дворцы и общественные здания империи поражают варваров своим величием и монументальностью ничуть не меньше, чем древнеегипетские пирамиды на плато Гизы. При этом компоненты двух великих культур представляют собой гармоничное сочетание.

Но, несмотря на неоспоримые достоинства, путь книг Бориса Толчинского к читателю был довольно труден. Первые две книги – «Нарбоннский вепрь» и «Боги выбирают сильных» – вышли в 1999 году в издательстве ОЛМА-ПРЕСС, и этот опыт нельзя назвать удачным: произошло рассогласование, в торговую сеть эти книги, две части единого целого, поступили не вместе, а по отдельности. Помнится, сам автор этих строк затратил немало времени и сил на поиски, пока не приобрел второй том. В 2017 году наконец-то появился третий роман, «Воскресшие и мстящие», вся трилогия вышла в виде самиздатовского малотиражного издания, с ней познакомились ценители и давние поклонники (и то не все), но не широкая аудитория читателей.

В этом году романы трилогии наконец-то изданы в полном объеме и совершенно новой авторской редакции издательством Т8 RUGRAM. Кроме того, издание 2020 года оснащено, если так можно выразиться, «научным аппаратом», состоящим из краткой исторической экспозиции, вики-энциклопедии с основными сведениями о мире, таблицами, схемами и глоссарием. Издание также включает в себя два рассказа Бориса Толчинского, дополняющие историю созданного им мира, и большой раздел ответов автора на вопросы читателей. То есть весь мир Pax Amoria собран под этими тремя обложками.

Надеюсь, теперь читатели по достоинству оценят автора и созданный им мир.

Библиография

1. Зеркалов А. Три цвета Джона Толкина / Александр Зеркалов // Знание-сила. 1989. № 11. С.78-81.

2. Злотников Р.В. Царь Федор / Роман Валерьевич Злотников – М.: Альфа-книга, 2012. ‑ 892 с.

3. Злотников Р.В. Генерал-адмирал / Роман Валерьевич Злотников – М.: АСТ, 2014. – 880 с.

4. Круз А., Круз М. Земля лишних. Исход / Андрей Круз, Мария Круз – М.: Альфа-книга, 2009. ‑443 с.

5. Ле Гуин У. Волшебник Земноморья: Фантастические произведения / Урсула Ле Гуин – М.: ЗАО ЭКСМО-Пресс, 1999. – 560 с.

6. Мартин Дж. Игра престолов / Джордж Мартин – М.: АСТ, Ермак, 2004. – 784 с.

7. Толкин Д.Р.Р. Полная история Средиземья /Джон Рональд Руэл Толкин – М.; АСТ, Астрель, 2011. – 1264 с.

8. Толчинский Б.А. Нарбоннский вепрь / Борис Аркадьевич Толчинский. – М.: Т8 Издательские технологии / RUGRAM, 2020. – 416 с.

9. Толчинский Б.А. Боги выбирают сильных  / Борис Аркадьевич Толчинский. – М.: Т8 Издательские технологии / RUGRAM, 2020. – 412 с.

10. Толчинский Б.А. Воскресшие и мстящие / Борис Аркадьевич Толчинский. – М.: Т8 Издательские технологии / RUGRAM, 2020. – 452 с.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.