Меню Закрыть

Блог

Путеводитель по сайту

Приветствую, друзья!

В 2018 году, через 25 лет после начала работы над литературным и альтернативно-историческим проектом «Божественный мир», открылся его первый сайт. Вернее, тогда это была только лендинг-страница на бесплатном хостинге. Год спустя у неё появился собственный домен BorisTolchinsky.ru. А в феврале-марте 2020 года я полностью, с нуля, переделал свой авторский сайт, сейчас на нём представлена самая развёрнутая и достоверная информация о моих работах. Это не повторение пройденного, а совершенно новый ресурс с новым контентом: 90% этих материалов эксклюзивны, их больше нет нигде в сети. Всё здесь, в одном месте и на современных технологиях веб-дизайна, в реальном времени и непосредственно от автора. Путеводитель по сайту поможет лучше ориентироваться в этом контенте.

Сайт состоит из разделов и страниц, доступных через меню в верхней части экрана, и статей (записей) блога на главной странице. Для навигации по блогу можно также использовать фильтры рубрик (первый скрин). В правой колонке экрана размещены виджеты для подписки на блог, покупки книг в интернет-магазинах, галереи, новых записей и пр.

На мобильных устройствах (скрины 2-4) меню доступно через кнопку (отмечена стрелкой). Как видите, и со смартфона всё читается легко.

Далее о разделах и страницах сайта подробнее.

I. Сайт открывается разделом АЛЬТЕРНАТИВЫ. Сейчас в нём представлены:

II. Раздел ОБЗОР даёт общую информацию о цикле «Божественный мир», главном деле моей жизни:

  • издательский анонс цикла;
  • краткое описание представленных в цикле альтернативных моделей истории, географии, культурологии, религии, технологий и так далее;
  • структура цикла в виде простой и понятной схемы;
  • краткая экспозиция событий цикла;
  • карта альтернативно-исторического мира (в редакции 1997-1999, новее пока нет, но в целом она до сих пор актуальна);
  • краткое описание первой трилогии «Наследники Рима»: цель работы, жанры, о чём и для кого эти книги, место и время действия, герои и противоборствующих стороны, похожие произведения, и т.д.

III. В разделе ПРЕДЫСТОРИЯ – новелла «Прощание с Аммоном», она не входит в цикл «Божественный мир», но примыкает к нему или, скорее, предваряет. «Прощание с Аммоном» – синтез классической мифологии Древнего Египта с идеями прогрессорства и палеоконтакта. Да, такова моя версия возникновения цивилизации за 10-12 тысяч лет до наших дней. Это история о молодых богах, вернувшихся со звёзд и обучивших людей знаниям. Это также история о том, как Египет древнейших времён, а затем и весь мир, расстался с живыми богами и обрёл божественных фараонов. Это история и о том, как мир получил, а затем утратил гендерное равноправие. Это история о любви и власти, о вере и неверии в людей, о величайшей прогрессорской миссии, о двух альтернативах мировой истории — и о братоубийстве, которое навсегда изменило наш мир.

IV. В разделе ТАЙМЛАЙН – подробная, внятная и понятная реконструкция альтернативной истории «Божественного мира». Таймлайн состоит из двух частей: в первой описывается, как известная нам по реальной истории Римская империя пала в Европе, а затем, в альтернативной версии истории, возродилась в Африке; во второй части таймлайна – как затем в течение столетий формировался тот самый «Божественный мир», который предстаёт в трилогии «Наследники Рима» и продолжениях цикла; здесь также используются понятия и методы теории этногенеза по Л.Н.Гумилёву.

V. Основной раздел КНИГИ представляет трилогию «Наследники Рима» в качестве единого целого, как один большой роман: все издания, редакции, анонсы и характеристики, обложки и т.п.

На страницах-поздразделах «Нарбоннский вепрь», «Боги выбирают сильных» и «Воскресшие и мстящие» каждая книга представлена в отдельности: характеристики печатных и цифровых изданий + разворот обложек 2020 года + избранная глава из каждой новой книги.

VI. В разделе МИР даются «Основные сведения о мире Pax Amoria», это своеобразная википедия альтернативно-исторического мира, она включает темы:

Официальная история
Природа и климат
Государственное и общественное устройство
Основы аватарианской веры
Иереи
Ритуалы
Молитвы и приношения
Силы, противостоящие Творцу и аватарам
Культовые сооружения и тайная власть
Касты и сословия
Суды и наказания
Экономика и финансы
Образование
Наука
Средства массовой информации
Вооружённые силы и политический сыск
Государственные праздники

Резюме

Особое внимание уделяется основам и особенностям аватарианства, новой альтернативной религии, разработанной мной специально для «Божественного мира», и её взаимоотношениям с другими мировыми религиями – зороастризмом, иудаизмом, христианством, а также языческими верованиями варваров.

Страницы-подразделы этого меню:

1. Легендариум – мифы и легенды АИ-мира в виде отдельной новеллы «Легенда о Фортунате».

2. Таблицы и схемы:

Табель о рангах Аморийской империи
Таблица аватарианских циклов
Таблица соответствий аватаров растениям, месяцам и небесным телам
Религиозные свободы в России и Амории (сравнительная таблица)

К сожалению, по техническим причинам мне не удалось поставить сюда ещё ряд таблиц – они есть в книгах.

3. Глоссарий – словарь имён и названий, а также иных непонятных слов, встречающихся в романах трилогии «Наследники Рима».

4. Кабиры – описание новых животных, появившихся в АИ-мире под воздействием излучения Эфира. Среди этих ужасных и удивительных тварей-мутантов:

Гидра
Гиппонг
Грайи
Каркин
Керы
Ликаон
Орф
Немейский лев
Сирены
Стимфалийские птицы
Эмпус
Эриманфский вепрь

VII. Раздел ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ представлен в форме развёрнутого интервью. Вопросы задавались в 1999-2019 годах в ходе обсуждений цикла «Божественный мир» на встречах, сетевых площадках и в переписке с автором. Вот лишь часть вопросов этого раздела:

Что такое твёрдая АИ?
Дух высокой античности vs. высокие технологии
Кто изменил мир и почему власти это скрывают?
Почему «Божественный мир» не только фантастика, но также исторический цикл
Что для наследников Рима важнее: Египет, Греция или всё-таки Рим
Почему в «Божественном мире» нет и быть не может феминизма
На каком языке говорят в мире Pax Amoria? Есть ли там общий язык?
Откуда взялись нынешние галлы и почему есть Галлия, но нет ни Франции, ни французов
Сохранилось ли христианство в «Божественном мире»?
Считаете ли вы фэнтези низким жанром?
Фантастика как метод построения альтернативно-исторической реальности
Кому и зачем рассказывать о политике? Это же грязное дело, ремесло для подлецов!
Бывают ли в «Божественном мире» богословские дискуссии?
Веруют ли наследники Рима в своих новых богов?
Фанатские и хейтерские мифы о «Божественном мире»
Как, когда и почему Италия стала островом?
Как римские императоры-автократоры стали конституционными монархами?
Ряд вопросов о прошлом и будущем, о космосе и божествах в «Божественном мире»

На отдельной странице раздела – моё интервью 2018 года для литературно-художественного портала «Византийский ковчег», где также затрагиваются интересные вопросы о мире, идеях, героях и книгах.

VIII. Раздел ОТЗЫВЫ содержит рецензии и отзывы, которые размещались их авторами в открытом доступе в 1999-2020 гг. Я не публикую отзывы из частной переписки или с личных встреч. Я также не мониторю интернет в поисках отзывов на свои произведения. Если у вас есть такой отзыв и вы считаете, что его следует опубликовать на сайте автора “Божественного мира”, пожалуйста, сообщите мне об этом по электронной почте.

IX. Важнейший раздел ПРОДОЛЖЕНИЯ представляет новые, ранее не публиковавшиеся тексты цикла “Божественный мир”. В основном это рассказы, повести и новеллы-тизеры (впрочем, достаточно самостоятельные) новых романов, которые сейчас находятся в работе:

Крушение
Пандоравирус
Земля Обетованная
Саммит
Машиах
Мартовские иды
Сияние тысячи солнц

Обратите внимание: в аннотациях к этим новым текстам и самих текстах могут содержаться спойлеры романов «Нарбоннский вепрь», «Боги выбирают сильных», «Воскресшие и мстящие». Если вы не читали романы и не любите спойлеры, пожалуйста, пропустите раздел ПРОДОЛЖЕНИЯ.

X. Раздел ГАЛЕРЕЯ содержит графические изображения, относящиеся к циклу «Божественный мир». Они представлены все на одной странице и удобно сгруппированы по пунктам:

Наброски и схемы
Рисунки Елены Долговой
Иллюстрации Анны Дербенёвой
Личности в истории
К “Прощанию с Аммоном”
Альтернативная география
Альтернативный язык
Альтернативные технологии

Если у вас есть желание предложить мне новую иллюстрацию в Галерею – пишите, буду рад.

XI. В разделе АВТОР – краткая информация обо мне.

Также приводятся реквизиты для добровольных пожертвований: насколько это актуально, нужно и важно в сложившейся вокруг меня и моих работ ситуации, я уже писал на своей странице в Фейсбуке.

XII. КАРТА САЙТА – этот путеводитель, а также список всех записей блога, сгруппированный по рубрикам-разделам (см. ниже). Карта сайта обновляется по мере обновления самого сайта.

Развёрнутое меню сайта

Статьи по разделам

Цифровые товары

Read More →

Жестокий 2020 год: мои итоги и уроки

Мои итоги года самоочевидны, расписывать их специально смысла нет. Год начинался надеждами на долгожданное признание труда всей моей жизни, а заканчивается полным крушением этим надежд. Их растоптали и растёрли те самые люди, которым я верил и которых уважал, на которых положился. Всё, что со мной и вокруг меня произошло в 2020 году – произошло в результате нарушения ими своих обязательств и наших договорённостей. Я бы ещё понял и, возможно, сам бы оправдал этих добрых людей, если бы кому-либо из них это было на руку, если бы кто-то реально выигрывал от моих бед. Так нет же! Никто и ничего не выиграл, а последствия тяжёлые, и если б только для меня, об этом не было бы речи. Так уважение ушло в глубокий минус, и все альтернативы сотрудничества обратились в пыль.

Но появились новые альтернативы. Мир более велик, чем может показаться. Год также заканчивается всплеском поддержки от множества доселе неизвестных мне людей. Этот всплеск тем более удивителен, что ещё два дня назад ничто вообще его не предвещало. Видит Бог, сам предпочёл бы другой повод для поддержки! Учёному и писателю должно быть известным не бренными заботами существования, а тем, что остаётся навсегда – своими трудами. Особенно когда сами труды к этому располагают.

Однако чем больше я об этом думаю, тем лучше понимаю, что всё происходившее в 2020 году закономерно и, по большому счёту, плодотворно. Если бы книги из моего “Божественного мира” получили кучу рецензий, премий и медалей, они растворились бы в длинном и весьма неровном ряду себе подобных. Сейчас же, оказавшись за бортом всего и вся, они остались самими собой. В нынешние времена стремительного обесценивания всех заслуг и званий, почестей, наград, любых успехов творческой и созидательной работы – тотальное отсутствие признания порой не менее, а более достойное признание! Такой вот горький и нелепый парадокс. Но так в истории уже бывало. В Древнем Риме, например, который дорог мне и близок. Как тут не вспомнить Марка Порция Катона Старшего, того самого стойкого римлянина, который упрямо настаивал на окончательном разрушении империи зла Карфагена.

– По мне, – говорил он, – так пусть лучше люди спрашивают: “почему Катону нет памятника?”, чем “почему Катону поставили памятник?”.

Вот пусть и спрашивают! Пусть задумываются. Пусть интересуются. Меня бы, например, всерьёз заинтриговало – что же это за книги такие и что за автор, чьё имя даже вслух не произносится в кругах фэндома и литературного бомонда? Как будто он – Волан-де-Морт или, не дай Бог, Н-й.

Наша судьба выбирает наш путь, готовя нас к чему-то новому и лучшему. Мы можем сколько угодно тянуться к “своим”, но если они в ответ считают нас чужаками, отказывают в праве на жизнь, приговаривают к изоляции, нищете, прозябанию – то все наши стремления напрасны и только ухудшают наше положение. У судьбы нет иного способа подсказать нам, что путь наш состоит совсем в другом. Этим путём и должно далее идти.

В истории не раз бывало, что приговорённые, отверженные, выброшенные на обочину жизни и оставленные там подыхать – переживали своих недоброжелателей, побеждали вопреки всему. Для того и нужно знать и понимать историю, чтобы вера придавала силы к жизни.

Вчера это фото осени 2019 года появилось в нелепой, неуместной публикации одной из местных газет. Возвращаю его в правильный контекст.

Read More →

Полный текст интервью Ольги Погодиной с Борисом Толчинским (2020)*

Минувшим летом Ольга Погодина-Кузмина и я договорились об интервью. Для меня было честью, что интервью берёт моя коллега, писательница, книги которой высоко ценю и от души рекомендую. Она прислала вопросы, я на них ответил. Получилось много, св. авторского листа, и вскоре выяснилось, что для публикации интервью необходимо разделить на две части. Одна из них, меньшая, появилась в “Литературной газете”, другая, большая, в журнале “Аврора” (ссылки ниже и в меню ИНТЕРВЬЮ). Кое-что подверглось редакционным правкам.

Кроме того, из текста выпал большой и важный фрагмент про обструкцию “Божественного мира” и самого автора. Нет, никакой цензуры! Скорее, самоцензура: я сам согласился убрать его из интервью, когда услышал из трёх друг от друга независимых и глубоко мной уважаемых источников соображение, что разговоры об обструкции обычно ведут обиженные на весь мир графоманы, а серьёзным писателям не подобает их вести; случайный же читатель газеты или журнала, впервые встречающий автора, не знающий истории его работ и не владеющий контекстом, так и подумает: раз автор пеняет на обструкцию, то это графоман.

Да, в самом деле. Поэтому принципиальный фрагмент об обструкции из интервью исчез, его нет ни в “ЛГ”, ни в “Авроре”. Но в полном варианте текста он остался, и теперь я публикую как раз этот вариант. Теперь – совсем другая ситуация для автора и книг. Я нынче не в том положении, чтобы бояться обвинений в графомании. Да и вообще, о чём мы говорим! Всегда есть кто-то, кто считает любого пишущего человека графоманом. Если вас никогда, ни разу не обзывали графоманом, значит, вы ничего и не написали!

Даже общепризнанные гении не избежали этого удела. Лев Толстой считал графоманом Вильяма Шекспира, а Святослав Логинов – самого Льва Толстого. Но где Шекспир, где Толстой и где Логинов? Меня с достоверностью называл графоманом один саратовский автор, выпускающий где-то раз в месяц новые, но трудноотличимые одна от другой книжки про магов и про попаданцев. Да, вы не ослышались: он – называл – графоманом – меня. Ну и пусть называет, если это его греет. Человек в своём праве.

Я же всегда исхожу из того, что мой читатель – думающий и взыскательный, готовый разбираться, прежде чем судить. Этот читатель владеет контекстом. А если ещё нет, то обязательно захочет овладеть. Моему “Божественному миру” уже более четверти века. Времени разобраться, что это такое, было с избытком. И особенно в уходящем году, когда появились новые книги, открылся сайт с подробнейшими сведениями о проекте и сам автор много писал о труде своей жизни.

Так что читайте интервью без изъятий, каким оно получилось. По-моему, реально интересным! Ещё тогда, в августе, у меня было грустное предчувствие, что это моё первое писательское интервью окажется и единственным. Поэтому отвечал словно в последний раз! Что в контексте моих проблем со здоровьем даже более чем оправданно. Но если не в последний, если судьба даст шанс на жизнь и захотите взять ещё, я буду рад. Достойные темы для беседы есть всегда.

А пока читайте это, здесь весь текст. Там и о книгах, об истории, политике, взаимоотношениях писателей-читателей, о мире и о том, что всех нас ждёт. Для меня оно – пик года, также венчающий его финал.

* Сокращённый текст интервью публиковался в “Литературной газете” и в журнале “Автора”.

– Вы политолог, специалист в теме общественных отношений. В какой момент и почему вас увлекла с этого пути литература?

Для меня это две колеи одного пути. Интерес к литературе и политике развивался параллельно. Мой дед, герой Великой Отечественной войны, после выхода в отставку работал полиграфистом и собрал огромную библиотеку. В ней было всё – от античной классики до последних советских новинок. И я это читал, а научился читать очень рано. Больше всего меня занимала история, сначала читал детские исторические романы, потом книги для подростков и для взрослых. Таких книг издавалось немало, все достаточно высокого качества. В СССР умели «фильтровать контент», к истории относились с почтением, топтаться на ней не позволялось, случайные люди к написания книг по истории не допускались. А там, где история, практически всегда и политика, разъединить их невозможно.

Например, читая «Спартака» Джованьоли, нам вольно или невольно приходится разбираться, кем были рабы Рима и что такое сам Рим, что есть империя, свобода, воинская доблесть, честь, достоинство, патриотизм. Так одни книги увлекают за собой другие. Где Джованьоли, там и Аппиан, Тацит, Плутарх. И везде есть политика! Даже в самых сентиментальных романах о любви Антония и Клеопатры без политики не обойтись: всё тот же Рим, но старше и сильнее, и Египет, для римлян уже сказочно древний, чудной, в последний миг своего величия. Если мы хотим понять, что их связало, а потом разъединило и в конце концов связало вновь; если мы горим желанием не просто прочитать роман, а вкусить все прелести и горести далёкой от нас эпохи и её людей; если мы надеемся увидеть мир их глазами и понять, что двигало великими, что, собственно, сделало их настолько великими, что мы их помним до сих пор, они и их свершения нас вдохновляют – если мы хотим всё это, то нам без политики никак не обойтись. Без психологии, культурологии и географии. Всего того, что Арнольд Тойнби определял как «Постижение истории». На самом деле всё это одно и то же, и литература учит понимать политику, а политика – литературу. Мало кто из современных комментаторов так грамотно и глубоко понимает политику, её законы, её дух, самую её суть, как понимал Лион Фейхтвангер, великий немецкий писатель, чьи книги в СССР были практически в каждой интеллигентской семье.

А помните «Проклятых королей» Мориса Дрюона? В позднем Союзе мы за ними гонялись, мы обожали эти книги, и они того стоили. История, политика, интриги, войны, страсти – всё мастерски замешано, всё на высочайшем уровне! Вот настоящие «игры престолов», в отличие от новомодных злобных сказок Джорджа Мартина, где вся «политика» нелепая и фэнтезийная, то есть по сути – никакая. Инфантильная литература, в числе прочего, отличается от настоящей тем, что даже не пытается понять и осознать реальный мир, она надеется сбежать из него и забрать с собой читателя.  Она не учит ничему, а лишь демотивирует. Я с ужасом смотрю на тех читателей (и авторов! как правило, у нас это одни и те же люди), кто всё глубже погружается в искусственные эскапистские миры, живёт ими, а в реальный мир возвращается лишь для исполнения физиологических потребностей. Когда реальность всё-таки возьмёт своё, столкновение получится жестоким. Для некоторых станет шоком, что реальное зло многолико, его невозможно сразить заклинанием, магический кинжал не помогает против тьмы и хаоса на улицах родного города, а огнедышащий дракон живёт внутри каждого из нас, и то, как мы его используем, зависит лишь от нас самих.

– Как возникла идея создания «Божественного мира»? Какую цель вы намечали, когда брались за этот масштабный труд, и достигли ли ее?

Эта идея вызревала годами. Очевидно, так у многих авторов: чем больше читаешь и чем старше становишься, тем лучше понимаешь – это всё не то! Сколь бы ни был прекрасен написанный кем-то шедевр, чего-то важного ему недостаёт. И постепенно возникает понимание: так, как ты хочешь, чтобы было написано, за тебя никто не напишет, ты должен сделать это сам, по-своему. Создать то, чего не создали другие. Не потому что они были в чём-то хуже, совершенно нет. Просто они жили в другое время в другом мире, у них были свои цели и задачи, но ты живёшь здесь и сейчас, и у тебя – свои цели и задачи. Главное – осознать и распознать их, разглядеть своё призвание, а потом не бегать от него, но настойчиво идти ему навстречу, откликаясь на его зов.

Мне помогло необыкновенное стечение обстоятельств. Мы люди одного поколения – думаю, Вы хорошо меня поймёте. Когда началась горбачёвская «перестройка», я был «юношей, обдумывающим житьё». И к тому же, политически активным юношей, как сейчас сказали бы, гражданским активистом. Учился на экономиста и журналиста одновременно, так как обе эти профессии казались очень важными и нужными в то переломное время. Мои заметки, очерки и статьи – да, уже вполне серьёзные, объёмные статьи на темы истории и политики – публиковались в областной, а затем и в центральной прессе ещё в советское время. Статью «Выбор» о демократизации и демократах, приуроченную к памятному референдуму о сохранении СССР (17 марта 1991 года) читал и обсуждал весь город. Я был одним из самых молодых публицистов «Известий», «Века», «Независимой газеты».

Но вот однажды мой наставник в журналистике, прочитав очередной материал, бросил задумчивый взгляд на газетную полосу и огорошил меня вердиктом: «Тебе здесь тесно. С такими мыслями нужно идти в науку».

А я как раз закончил институт и получил диплом экономиста. К тому времени, это уже 1990 год, стало очевидно: плановая экономика, которой нас учили, отходит в прошлое. Вопреки заветам классика, теперь политика решает, какой быть экономике. И как раз в это время в нашей стране появилась принципиально новая дисциплина – политология. В СССР она тоже была, но под прессом «марксистско-ленинской философии» и «научного коммунизма». То есть идеология, всесильная, потому что она верная, подминала под себя науку, которая – будучи наукой! – вечно во всём сомневается. Мне выпал шанс поступить в новую аспирантуру уже конкретно по политическим наукам. Успешно защитив в 1994 году кандидатскую на тему «Политический компромисс», я стал одним из первых дипломированных политологов в нашей стране и первым – в Саратовской области.

Там же, в МГИМО, где защищался, я получил ряд лестных предложений о работе в Москве. Но по семейным обстоятельствам был вынужден вернуться в родной Саратов, где работы по специальности мне не нашлось. И единственным способом сохранить квалификацию, продолжить профессиональные изыскания и воплотить свои идеи в жизнь стал… литературный труд! И надо было как-то выживать.

Сначала писал фэнтези, потом – фантастику, причём фантастику чем дальше, тем серьёзнее. В ту пору поднимался книжный бум, писателей ценили и платили адекватно, с отношением к учёным не сравнить. Я никогда не забуду, как Олег Новиков, ныне великий и ужасный владетель книжного гиганта “Эксмо-АСТ”, сам угощал меня, молодого автора, чаем и склонял к сотрудничеству. Во второй половине 90-х у меня вышли 5 книг, все были нарасхват. Одновременно выходила публицистика – как в местных, так и в федеральных изданиях.

Но занявшись писательством, я же не перестал быть учёным! Скорее даже наоборот: всё, что оказалось невозможным воплотить в окружающей нас реальности, прекрасно прижилось в альтернативной! В художественной книге автор сам себе хозяин. Все политические идеи, альтернативные модели, сценарии и реконструкции, компромиссы и конфликты, перемирия и войны, идеологические и этические дилеммы, институты власти и их взаимоотношения, интриги и схватки за ключевые посты, публичная и подковёрная борьба, роль общественного мнения, и так далее, и тому подобное, всего не перечислишь – и всё это, что, естественно, относится к работе политолога, есть в «Божественном мире», авторском проекте моей жизни, и конкретно в трилогии «Наследники Рима».

Полагаю, главным триггером «Божественного мира» стало для меня крушение СССР. Страна, в которой я родился и которую любил, не собиралась умирать, когда я только входил во взрослый мир. За нею была – и осталась – правда мировой истории. Но всё-таки великая советская империя погибла. Это случилось даже не из-за предательства: оно стало следствием, а не причиной. Причиной же явилась жесточайшая разруха в головах людей. Я наблюдал её воочию и сам чуть было не поддался ей. То, о чём писал Булат Окуджава:

Вселенский опыт говорит,  
что погибают царства  
не оттого, что тяжек быт  
или страшны мытарства.  
А погибают оттого
(и тем больней, чем дольше),
что люди царства своего
не уважают больше.

Эту разруху в головах тщательно пестовали и разжигали все годы пресловутой «перестройки». И когда СССР погиб, её стали сливать в книги, заражая ею и читателей, миллионы наших соотечественников. Чтобы на новом историческом витке повторить «удачный» опыт разрушения, теперь уж и России.

Можно ли этому противостоять? И есть да, то как? Что может сделать учёный, публицист, писатель? Вот вопросы, которыми я задавался постоянно. Тогда же, в 90-х, укрепился мой особый интерес к эпохе Поздней Античности, самой прекрасной и самой трагичной в истории; она же стала для меня и самой любимой. Это время триумфа и падения Римской империи. Все ли великие империи обречены погибнуть и оставить за собой руины? Или в истории всё может быть и по-другому? (Спойлер: только по-другому и бывает! Все великие империи рано или поздно «переформатируются» и возрождаются – важно научиться узнавать их в новом облике.)

Я был одним из первых аналитиков, кто провёл множественные параллели между V веком в Римской империи и постсоветским временем, в котором мы живём. Чуть позже именно этот век, вернее, его сердцевина, эпоха Аэция, Галлы Плацидии,  Аттилы, Гейзериха и Майориана, станет отправкой точкой всех альтернативно-исторических развилок «Божественного мира». Для героев моей эпопеи крушение Римской империи, гораздо более жёсткое, чем оно было в писаной истории, такая же «родовая травма», как для самого автора – развал Советского Союза. Понятно, что все исторические аналогии условны, но «Божественный мир» даёт автору и его читателям возможность разобраться, что в судьбе величайших империй предрешено и неизбежно, а что ещё можно предотвратить или исправить.

– Как бы вы определи жанр этой эпопеи?

Четверть века назад, когда я начинал работу над «Божественным миром», ответ на этот вопрос казался очевидным: жанр – альтернативная история (АИ). В ту пору книг АИ было немного, жанр был очень уважаем. Но в наши дни это мало о чём говорит: «альтернативной историей» всё чаще называют то, что не имеет к ней отношения – попаданческий трэш, инфантильную фэнтези всё с теми же «попаданиями в историю», дикую конспирологию в духе Суворова (Резуна), а то и вовсе – «новую хронологию» Фоменко-Носовского.

– А на самом деле? Что такое, по-Вашему, альтернативная история и чем она отличается от обычной?

В первом приближении АИ отвечает на вопрос «что было бы, если бы наша история в какой-то момент времени пошла по иному пути». Например, что было бы, если бы Цезарь не пал от кинжалов убийц в мартовские иды. Или если бы Наполеон выиграл битву при Ватерлоо. Или, не дай Бог, во второй мировой войне наша страна потерпела поражение, а победу одержали Германия и Япония.

На самом деле всё куда сложнее (и гораздо интереснее!). Я пишу об этом в большой статье «В лабиринтах альтернативной истории», которая опубликована в журнале «Наука и жизнь». Полную версию статьи можно прочесть на моём авторском сайте[1]. В ней предлагается для нас принципиально новое – и оно же классическое, в духе исторической традиции – понимание АИ. Я ставлю во главу угла не «точки развилки», когда что-то и где-то в истории пошло не так, а сами АЛЬТЕРНАТИВЫ, т.е. внятные, целостные, проработанные модели исторического развития, образы реальности, которые в нашем мире не воплотились в жизнь, хотя основания к этому были. Например, «Божественный мир» – это реальность, в которой крушение Римской империи в Европе и её возрождение в Северной Африке повлекло за собой отказ от христианства как государственной религии; на смену ему пришла другая, альтернативная.

Моя концепция АИ переводит акценты с формы на содержание, с инструментария на смыслы, с внешнего на внутреннее – на оригинальность, достоверность и реалистичность, на значение альтернатив истории для нас, живущих прямо здесь и сейчас. Эта концепция решительно отсекает от АИ всевозможную спекулятивную и манипулятивную литературу. Таким образом, альтернативная история рассматривается не как трэш для «молодых и талантливых авторов», которые в школе прогуливали уроки истории и теперь отыгрываются на ней за счёт читателей, а как интереснейший, необычайно перспективный феномен на стыке науки и массовой культуры.

Возвращаясь к Вашему вопросу о жанре «Божественного мира»: да, это альтернативная история в том классическом понимании, о котором мы говорим: она предлагает АЛЬТЕРНАТИВЫ. Причём не только история: различные альтернативы там повсюду – в географии, религии, экономике, военном деле, технике и технологиях, биосфере, самом образе жизни и, конечно, в политике.

Например, Италия стала островом, отгородившись каналом, а затем и проливом от захваченной варварами Европы. Аватарианство, новая альтернативная религия, выросшая непосредственно из древнеегипетского генотеизма; в отличие от христианства, аватарианство ставит во главу угла не спасение души, а Маат, «божественный порядок», то есть благо государства. Новое имперское величие, в котором Рим есть тело, Эллада разум, а Египет душа: за сотни лет после АИ-развилок всё это слилось воедино, и появился совершенно новый исторический организм. Он могуществен и вместе с тем зависим: от своей идеологии, тем более всесильной, потому что жёстко подавляет все другие, и от своего «ресурсного проклятия». В его политике правление аристократов уживается с демократическими выборами делегатов от народа; император-фараон, земное божество, служит для подданных живой иконой; учёные иереи отвечают за судебную власть, а посвящённые жрецы Творца являются тайными хранителями государства. Всё вместе – теократическая монархия, причём вполне себе конституционная, уважающая права квиритов, свободных и цивилизованных граждан. Хотели бы вы жить в такой и править миром? Или не хотели бы? Мне важно, чтобы люди задумывались над подобными вопросами, читая мои книги.

Мне важно создать мир множества альтернатив, который органично вырастал бы из нашего, был его плоть от плоти – и одновременно иным, своеобычным, непохожим, по-своему зловещим и по-особенному притягательным. Я убеждён, что лишь в свободном состязании альтернатив родится истина и каждый сможет сделать верный выбор.

Понимаете, альтернативная история, как инструмент и элемент фантастики, формирует новую реальность, создаёт ткань мира и выступает триггером описываемых событий. Но в самих событиях нет ничего фантастического! Они не более фантастичны, чем события из исторических романов. Фантастика – надёжный способ преодолеть событийные рамки реальной истории и выстроить альтернативную вселенную. В этой АИ-вселенной действуют все те же законы физики, химии, биологии, географии, общества; она отличается от существующей только картиной мира и событийным рядом. Да, она вымышлена, но не фантастична; это мир, который мог бы состояться «здесь и сейчас», если бы история пошла по иному пути.

Остаётся ли при этом автор фантастом? Да, конечно, я фантаст постольку, поскольку фантастика – мой метод построения реальности. Как Большой взрыв, создав Вселенную, на этом завершает свою роль, так и в АИ-вселенной «Божественного мира» фантастика, создав её, передаёт эстафету реализму. Сами романы – исторические, а не фантастические. Их герои – нормальные живые люди, такие же, как мы, не эльфы и не орки; у меня нет ни зомби, ни пришельцев, ни драконов. Вообще ничего сверхъестественного, требующего отдельных фантастических допущений. Объединяет героев одно: они так или иначе борются за власть, любовь и свободу, и в этой борьбе каждый платит свою цену. На мой взгляд, «Божественный мир» – прежде всего историческая, политическая и психологическая драма, так бы и определил его жанровую принадлежность.

– Расскажите об основных книгах цикла.

Сейчас «Божественный мир» состоит из трилогии «Наследники Рима», множества продолжений (повести, новеллы, рассказы, зарисовки, черновики романов), над которыми я работаю, и того, что называю инфраструктурой цикла: различные статьи, вики-энциклопедия, карты и схемы, в общем, всё то, что помогает лучше понимать этот мир.

Трилогия «Наследники Рима» – фактически один большой роман, связанный сквозным сюжетом, общими локациями, идеями и героями. При этом книги трилогии получились непохожими одна на другую.

Первая книга «Нарбоннский вепрь» – о борьбе молодого варвара за свободу для себя и своей маленькой страны против огромной и грозной Империи. Казалось бы, какой знакомый, прямо-таки архетипический сюжет, путь героя по Кэмпбеллу. Но произведений об этом – сотни и тысячи, сюжет настолько избит, что превратился в штамп, клише, ради такого не стоило бы весь огород городить. Нет, «Божественный мир» – это история о том, как заветная свобода служит искушением и оборачивается иллюзией; это также история о том, как честный варвар за свою свободу расплачивается; об ошибках, испытаниях, взрослении и превращении инфантильного варвара в ответственного государя своей страны и политика имперского масштаба; вот это, собственно, и есть одна из трёх главных историй трилогии.

Вторая главная история имеет сильный гендерный подтекст. Она начинается ещё в первой книге, а во второй приходит к кульминации. Всё дело в том, что цивилизованная Империя – мир гендерного равенства, точь-в-точь такой, к какому мы идём под знаменем набирающего силу феминизма. А противостоящие имперцам варвары – понятно, мир патриархальный. Когда эти миры сталкиваются, когда вместе с этими мирами сталкиваются политические амбиции и древние предрассудки – не миновать беды! Я сам сторонник равноправия, вне всякого сомнения. Но в книгах вы найдёте доводы как за него, так и против. Решайте сами, что вам ближе. «Боги выбирают сильных» – роман о том, как главная героиня, пресыщенная аристократка, женщина-политик, борется за власть и вместе с тем за справедливость, за любовь, за лучший мир, в своём понимании этого мира. Она мучительно ищет собственный путь, ошибается, спотыкается, доходит до имперского олимпа и в конечном счёте находит в себе силы преодолеть самое себя.

И третья книга, «Воскресшие и мстящие», третья главная история – именно, история воскресшего героя, «Мефистофеля наоборот», что вечно проповедует свободу, благо и добро… и вечно творит зло. В «Наследниках Рима» ведь не две стороны, а три: не только имперцы и варвары, но также те, кто встаёт между ними, сталкивает, ссорит, разжигает костры иллюзий и не даёт жить в мире. Оглянитесь вокруг и увидите сами: эти фанатики-манипуляторы одинаковы повсюду, что в альтернативной реальности, что в нашей. Они скармливают людям, своим орудиям и жертвам, отравленную надежду. На крыльях свободы приносят лишь хаос и тьму, и отчаяние. «Создают пустыню и называют это миром», – говорили римляне, а вслед за ними повторяют в моих книгах их наследники.

Оговорюсь, что такое моё понимание книг, как автора; у читателя может быть своё.

В третьей книге сходятся все главные истории. Я повторяю: фактически «Наследники Рима» – единый большой роман, и если уж читать, то целиком всю трилогию, причём в новой расширенной редакции 2020 года. Она существенно отличается от первых книг, появившихся ещё в 1999 году.

– Вот как, это не один и тот же текст? В чем разница между редакциями?

«Божественный мир» – живой организм, он растёт и развивается по собственным законам, работа над ним продолжается все эти годы. Я постарался учесть пожелания читателей, уточнить и обновить тексты, в чём-то усилить, насытить новыми смыслами. Исправлений и добавлений множество, от косметических до концептуальных, от имён, названий и стилистики до самого устройства мира. Кое-где вставлены целые сцены; другие, наоборот, сокращены; переписаны и передвинуты из книги в книгу главы, и т.д. Неизменным остаётся только сам сюжет, так как он и есть история, которую я должен рассказать. Чтобы перечислить все отличия уже трёх редакций (1999, 2017, 2020), нужно было бы писать отдельную статью. Отвечу на примере. Это пример Фортуната, ключевой фигуры «Божественного мира», отца-основателя возродившейся в Африке Римской империи.

В первой редакции (1999) Фортунат – легендарный персонаж наподобие библейского Моисея, организатор нового Исхода, проведённого под чутким руководством неких Высших сил. Такова была легенда, которую иные читатели приняли за саму альтернативу. Но нет, альтернатива в другом!

Во второй редакции (2017) Фортунат обретает реальные очертания, получает имя Гай Аврелий и конкретную эпоху, когда жил; но старая мифология остаётся.

Наконец, в третьей (2020) редакции Гай Аврелий Фортунат – подлинное историческое лицо в Риме середины V века, возможно, сам император Майориан. Он счастливо избегает гибели, в итоге побеждает варвара-временщика Рицимера и лично убивает короля вандалов Гейзериха. Причём действует Фортунат не в отрыве от событий писаной истории, а прямо в ней, меняя её своими решениями и поступками.

Так мифология псевдо-исхода уступает место крови, слёзам и поту реального изгнания римлян из захваченной варварами Европы. Затем – реколонизация Африки, сражение с сахарской пустыней и её преображение, освоение новых источников энергии и переустройство мира под себя[2]. Никакие «высшие силы» не нужны для этого. В обновлённом «Божественном мире» нет места магии, нет даже намёка на неё, она здесь просто не нужна, она излишня. Всё, что происходит, совершают сами люди своими руками, это их подвиг, а не чьё-то чародейство. Такова действительная предыстория событий цикла, из которой вырастает и сама история.

Двадцать лет от первой редакции к третьей – путь от фэнтези, пусть и эпического, к эпической драме. Мир совершенно человеческий, он не родился из ниоткуда, наоборот, этот «Божественный мир» оказывается вросшим в реальную историю ещё глубже и крепче, чем наш. Уже хотя бы потому, что многие загадки истории и науки – загадки нашего мира – там успешно раскрыты. Скажу больше: я использую «Божественный мир» как площадку для «тестирования» всевозможных идей, научных и около-. Там, в альтернативной реальности, это безопасно, здесь от этого никто не пострадает.

Итак, под старыми названиями книг – новое содержание. Вернее, совершенно обновлённое. Разница как между первыми моделями айфона и последней. То есть, конечно, можно пользоваться и первыми моделями, но лучше всё-таки последней, наиболее продвинутой.

– Выскажу своё мнение – мне кажется, Ваш цикл попадает между двумя мишенями. Читатель, который хочет больше узнать об античном мире, только запутается, изучая «альтернативные» карты, несуществующие государства и выдуманных героев. Он мало что поймёт. Читатель, который достаточно хорошо знаком с историей античности, не будет понимать, зачем ему читать вымышленную историю, когда можно погрузиться в оригинальные тексты Плиния, Тертуллиана или Иосифа Флавия. Кто читатель «Божественного мира»? Вы задумывались об этой проблеме?

Задумывался, и не раз. Для меня это не столько проблема, сколько решение. Вернее, возможность, которую грех упускать. За двадцать, уже больше, лет со времени выхода первых книг цикла я успел хорошо узнать своих читателей, разобраться, кто они и что им нужно, чего ищут в книгах. Со многими знаком лично. Обратите внимание: это не родственники и друзья, чьи мнения порой пристрастны в пользу автора. Нет, всё это люди, с которыми я познакомился на почве общих интересов.

Мои читатели очень-очень разные, но одно общее у них всё-таки есть: они, как правило, не входят в какие-либо политические, литературные, фанатские и прочие тусовки. Они – сами по себе, и притом настроены достаточно критично, почему и держатся особняком. Я называю их независимыми читателями. Для большинства из них «Божественный мир» – не только и даже не столько цикл про вымышленных римлян и таких же варваров, сколько путеводитель по живой истории и политике, отчасти фантастике. Где есть всё то, что интересно им в истории, но не разбросано по странам и эпохам, а собрано в одной эпохе, в одном целостном сюжете, усилено и актуализировано.

Они понимают, что для добросовестного автора нет особой разницы между «реальной», то есть писаной, известной человечеству историей, и историей «альтернативной», вымышленной автором для своих книг. Если альтернативная история проработана на совесть, если она реалистична, убедительна и увлекательна, читатель также разницы не видит.

Важное преимущество автора альтернативно-исторических произведений заключается в том, что он может взять у писаной истории именно то, что ему нужно для построения своего сюжета. Абстрагироваться от мелкой, посторонней суеты, которая обречена закончиться ничем, и сосредоточиться на главном: идеях, конфликтах, характерах.

В «Божественном мире» вы сразу попадаете и в Египет, и в Рим, и в языческую Европу, и в прошлое, и в современность – такую современность, какой она вполне могла бы стать. Вы встречаетесь с историей, но в новых, непривычных для неё сочетаниях. Вы узнаёте в героях что-то знакомое (у всех есть исторические прототипы!) и смотрите, как они решают вечные вопросы мира и войны, любви и власти, свободы и господства в совершенно новых обстоятельствах.

Грань между писаной историей и альтернативной крайне тонка и условна. По сути, разница добротных исторических романов и классических альтернативно-исторических – только в том, что действие первых происходит в мире, созданном историей, а действие вторых – в авторском мире. Вымысел присутствует в больших количествах и там, и там, и нельзя сказать заранее, где больше. Этим летом я прочёл несколько новых романов о Древнем Египте, которые у нас проходят по графе исторических, и был в ужасе от передёргиваний, пошлости и отсебятины. Похоже, что для авторов подобных книг древность – только декорация, экзотика, способная привлечь читателей, но за нею – пустота! При чтении ловил себя на мысли, что у меня, в АИ, тот же Египет более живой и настоящий, чем в этих как бы «исторических» романах.

Вы говорите про мишени, и Вы, конечно, правы: мой цикл попадает между них. Но ведь между этими мишенями – совсем не вакуум, даже не ниша, а огромное, многообещающее и пока что малоосвоенное пространство! Это пространство для всех, кто любит твёрдую, классическую АИ без «попаданцев», трэша и показного пафоса, исторические и авантюрные приключения, хитрые, закрученные политические интриги, жёсткую психологическую драму с неоднозначными героями и без подыгрываний им со стороны автора. Это пространство для умных женщин и, конечно, для мужчин, которые уважают умных женщин: в «Божественном мире» женщины действуют наравне с мужчинами, причём задумывалось это тогда, когда идеи гендерного равенства были далеко не в тренде. Это и пространство для всех любителей античности, Древнего Египта, Эллады, Рима и Византии. Собственно, у меня он и представлен, «Новый Рим», «альтернативная Византия», какой она могла бы стать; есть также множество аллюзий и с Россией, и с СССР, и даже с США.

Иначе говоря, это пространство поиска альтернатив. Если читатель несведущ в истории и далёк от неё, ему, конечно, лучше предпочесть иные книги. Равно и читателю-догматику, который всё и всегда знает заранее, такому настоящие альтернативы точно не нужны, его предел – косплей, рефлексии и имитации. Между прочим, не случайно на «профильных» форумах АИ так много «заклёпочников», гуру ТТХ, доскональных знатоков старых мундиров, орденов, знамён – и так исчезающе мало тех, кого в истории прежде всего интересуют сами люди, а не их заклёпки. Я встречал самых разных читателей.

Моя особенная гордость – читатели, которым «Божественный мир» помог полюбить историю и открыть её заново. Таких знаю пятеро, с троими из них знаком лично. Их пример показывает, что приобщиться к истории можно по-разному. Можно – читая древних авторов, можно – с помощью писателей, рассказчиков и интерпретаторов, таких как Лион Фейхтвангер и Иван Ефремов, а можно – создавая новые миры и предлагая альтернативы, которых не было в истории (но могли быть!), решая задачи, которые она решить не смогла. Между этими подходами противоречий нет, они дополняют друг друга. Это одна классическая традиция и разные формы её реализации. Я считаю себя последователем того Иосифа Флавия, который сам творил историю в начале нашей эры, а потом её описывал, и того, о ком так ярко рассказал Фейхтвангер; и самого Фейхтвангера, и Ефремова, и Тойнби, и Дрюона, многих-многих, кто также занимался популяризацией истории.

Для думающего, критически настроенного читателя важно не то, чтобы художественная книга строго соответствовала «букве» истории. Для него важнее «дух». Если этот «дух живой истории» в книге присутствует, он увлекает читателя и заставляет забыть о несуществующих государствах и выдуманных героях. Эти государства и герои обретают плоть и кровь, становятся реальны. Таковы книги моего любимого современного писателя Гая Гэвриела Кея, они считаются фэнтези, но по сути это настоящая АИ. Правда, Кей упростил себе задачу, отказавшись от собственного оригинального мира, сделав кальку с нашего. Я поступил по-другому: разработал авторский мир, который естественным образом вырастает из нашего и целиком на нём основан. «Божественный мир» – это не сказочное Средиземье или Земноморье, или Вестерос, это, повторяю, НАШ земной мир, каким он вполне мог бы стать, если бы история сложилась по-другому.

Выше Вы спрашивали о цели моего труда, достиг ли я её. Популяризация истории, а также политики, психологии, научной фантастики – вот моя первая цель. Синтез новых альтернативных моделей развития государства и общества – цель вторая. А третья – это новые ответы на загадки истории и вызовы нашего времени.

Можно ли достичь такие цели за одну жизнь? Я сомневаюсь. Это и не нужно. Важнее движение к ним. Моя задача как учёного и писателя – создать мир-платформу для идей и альтернатив в истории, причём не только римской, но египетской, еврейской, эллинской, европейской и всеобщей. Эта задача в целом решена. Меня не станет – «Божественный мир» останется, спутать его будет невозможно ни с каким другим (а кто понимает и читает, и не путают). Наступят времена, когда он превратится в популярную площадку для дискуссий, ролевых и интеллектуальных игр, статей, исследований и экранизаций.

– Писатель так или иначе находит круг единомышленников, участвует в премиях и конференциях. С каким литературным сообществом Вам по пути – с историками, фантастами, сочинителями фанфикшен или, возможно, политическими публицистами?

Со всеми, кого Вы перечислили, и не только с ними. Вы знаете, весной прошлого года я впервые после многолетнего перерыва оказался в Москве, там в течение двух недель встречался с очень разными людьми из всех этих сообществ. А потом ещё был в длительной поездке осенью, в Москве и Петербурге. Всего не меньше полусотни встреч. И на каждой такой встрече находились интереснейшие темы для общения! В этом не моя заслуга, а специфика труда моей жизни: какими-то своими гранями «Божественный мир» затрагивает самые многообразные области реальности. Кому-то интересен именно Египет или Рим, кто-то профессионально занимается политикой, историей, фантастикой, другим важно разобрать по винтику устройство АИ-вселенной, иным, наоборот, хочется больше узнать людей, и так далее. Я чувствовал себя вполне комфортно на каждой из этих встреч, и мои симпатии, моя поддержка на стороне всех, кто занимается полезным делом творчества и просвещения.

Понимаете, проблема ведь не в том, с кем по пути мне. Проблема в том, кому по пути со мной, кто поддержит меня и мой труд. С этим, не скрою, огромные сложности. Когда первые книги цикла только появились (1999), их прочли, хорошо встретили и сразу номинировали на разные премии. Я даже об этом не знал! Узнавал потом, случайно, много лет спустя.

Но это оказались мои первые и последние номинации. Когда книги прочли внимательнее и разобрались, что они такое – или же, напротив, когда решили, что такой литературы у нас быть вовсе не должно – началась полоса обструкции. Она продолжается и поныне. Обструкцию не склонны признавать, но факты говорят за себя. Сообщества, которых Вы упомянули, делают вид, что таких книг и их автора в природе нет, не существуют. Борис Толчинский и «Божественный мир» превратились в фигуры умолчания. За двадцать с лишним лет – ни единой профессиональной рецензии. Да что там рецензии – ни малейшего упоминания в газетах и журналах. Отзывы – только от читателей; но даже количество и качество этих отзывов никого не смущает, они игнорируются, и обструкция продолжается. Это наше интервью – первое и единственное.

Красноречивый пример: все мои собеседники в Москве и Питере знали обо мне и моей работе либо потому, что помнили книги ещё с 90-х, когда они издавались массовыми тиражами, либо потому, что познакомились со мной в сети. И всё! Больше узнать было неоткуда, других источников информации о моих работах просто нет. Или сведения в интернете недостоверные, в лучшем случае копипасты устаревших материалов. Читатели находят книги сами или по наводке автора.

Но автор «Божественного мира» не может быть знаком со всеми своими читателями. Мои книги адресуются широкой аудитории и, соответственно, нуждаются в широкой выборке читателей. Чтобы полюбить эти книги или же, напротив, возненавидеть, нужно, для начала, знать об их существовании, понимать, что это такое, кому и зачем нужно. И вот с этим колоссальная проблема все 20+ минувших лет, а особенно теперь, после выхода новых книг 2020 года. Если прежде обструкция была тихой и ползучей, почти незаметной, её пытались как-то оправдать тем, что «новых книг нет» (хотя они были!), то теперь, когда книги точно есть, и книги новые, они перед глазами, они во всех интернет-магазинах – эта обструкция сделалась тотальной и демонстративной, тем более нелепой оттого, что никакие разумные причины для неё не просматриваются.

Я бы ещё понял, если бы автор был асоциальным типом, скандалистом, экстремистом, писал что-то откровенно маргинальное, полностью оторванное от реальности, демонстрировал враждебность всем сообществам, приличиям, обычаям. В подобном случае обструкция, наверное, уместна. Но здесь всё с точностью до наоборот! Обструкцией моих работ занимаются как раз те люди, которых я поддерживаю всей душой, со многими знаком ещё с времён ФИДО (любительской сети, где общались энтузиасты до эпохи интернета), ценю и уважаю их работу. Между нами нет неразрешимых противоречий, мы вместе делаем одно большое дело, и каждый его делает по-своему. Я не гонюсь за славой лично для себя, но мне принципиально важно, чтобы «Божественный мир» перестал быть фигурой умолчания, а его потенциальные читатели получали актуальную и достоверную информацию о моих работах. Позвольте, наконец, самим читателям решать, нужно им такое или нет!

И знаете, что любопытно? Среди людей, устроивших эту нелепую обструкцию, большинство исповедует либеральные взгляды, негативно относится к СССР и его порядкам. Особенно не нравится советская цензура. Действительно, Главлит – совсем не то, чем мы гордимся, говоря о временах СССР. Но даже в Советском Союзе, при всей идеологической цензуре тех времён, настолько тотальной обструкции не было. Если писателя не жаловали в «Октябре» у Кочетова, он мог быть принят в «Новом мире», у Твардовского, и наоборот. В конечном счёте не цензоры, редакторы и критики, а сами читатели решали, за кем правда жизни и искусства.

Сейчас же мы имеем сеть взаимосвязанных изданий, переплетённых, как грибница, в ней часто действуют одни и те же люди и тусовки. Идеологических различий между ними нет, а есть огромное желание, как выразился мой намного более компетентный в этом мире коллега, «удерживать свою поляну» и никого «постороннего», тем более с масштабными, амбициозными проектами, на эти «поляны» не пускать. Так обструкция, начатая кем-то одним, подхватывается всеми. Даже не столько по умыслу, сколько по инерции: если о таком-то авторе никто не пишет и не говорит, то и мы не будет, нам это зачем? А поток авторов велик, разбираться, за кем правда, некогда и нет особого желания. И люди, всем естеством своим ненавидящие цензуру прежнего режима, сами становятся такими цензорами, что советский Главлит отдыхает. Злая ирония ситуации в том, что судьбу моих книг решают люди, которые по своему образованию и воспитанию, занятиям и увлечениям страшно далеки от тем «Божественного мира». Такие темы им чужды, как чужд сам автор. А то, что автор не сдаётся и свой труд не предаёт, лишь усугубляет неприятие.

Отчасти, впрочем, я могу эту обструкцию понять. При всём, по большей части, ритуальном, нытье о «книжном кризисе», существующее положение устраивает всех, кто варится в этом котле годами (и уже десятилетиями). И даже если не устраивает – они привыкли, притерпелись, не готовы ничего менять. Считают себя гуру не только в том, в чём действительно разбираются, но вообще во всём, с чем сталкиваются. И как за эти годы и десятилетия замылился их взгляд, не замечают. Как изменился мир, какие появились новые читатели и почему, куда уходят старые – тем более не замечают. Не хотят задумываться над реальными причинами проблем и обсуждать их. А когда всё-таки пытаются обсуждать, то сами друг друга не слышат. Отучились разговаривать всерьёз, вот и не слышат. Печальное зрелище!

Главные же причины книжного кризиса в том, что литература (фантастика как наиболее близкий мне её сегмент), вместо того чтобы открываться новому стремительному миру, всё более закукливается, уходит в себя, прячется от мира в башнях из слоновой кости. Отсюда и магизм, и эскапизм, и инфантилизм. Отсюда все наивные, нелепые попытки отгородиться от всего, что ну никак не умещается в привычные «форматы». Отсюда и обструкция книг и авторов, которые приходят в литературу с принципиально иными задачами: не прятаться в ней от проблем реального мира, а с её помощью эти проблемы решать.

Я сознаю, что «Божественный мир» – это вызов. Принять его – значит признать, что и у нас в России способны создавать масштабные, реалистичные альтернативные миры. Принять его – значит признать, что может быть иная фантастика (а она у нас почти вся уже детская, подростковая и/или эскапистская, для взрослых, не желающих взрослеть). Принять этот вызов – также значит признать, что автор с подобным проектом способен «вылупиться», словно чёрт из табакерки, и помимо всех конвентов, мастер-классов и тусовок, просто потому, что так сложилась жизнь. И вот это последнее, признать, «как что-то такого масштаба прошло мимо нас», сложнее всего. Я знаю это не только по собственному разумению, но и из первых уст, от весьма авторитетного в русской фантастике человека, единственной претензией которого к «Божественному миру» и его автору было: «Почему же вы не сделали всё это через нас!».

Ещё раз: потому что так сложилась жизнь, у всех она складывается по-разному. К одним и тем же горизонтам ведут разные пути. Нет ни какой-либо гордыни, ни особенного умысла в том, что я пошёл своим путём. Он ничем не хуже и не лучше всех других. Лион Фейхтвангер и Иван Ефремов, также избравшие собственный путь, неоднократно подвергались обструкции, их подчас не понимали и не принимали коллеги и соотечественники, но это не мешало им создавать книги, которые так много значат для читателей. Их пример внушает оптимизм, и для меня огромная честь, когда мой «Божественный мир» сравнивают с их книгами.

– Вы не считаете, что с тех времён слишком многое изменилось в обществе и в литературе?

Безусловно. У нас настолько упала, даже не упала – обвалилась! – значимость писательского труда по сравнению с временами Фейхтвангера и Ефремова, что образовалась пропасть между людьми, для которых писательство стало родом частного предпринимательства, и теми, для кого оно сохраняет изначальный смысл. Первые пекут книжки словно пирожки, неотличимые один от другого, и точно так же, как пирожки, скармливают потребителю. Лет десять назад я встретил в «Живом журнале» коллегу, который не помнил имена героев собственной книги и не мог даже сказать, о чём она. И разве он такой один? Но если для самих авторов все книжки на одно лицо, то для их читателей тем более!

И такие авторы, и их читатели, как правило, не в состоянии понять, как какая-то книга, или цикл книг, может иметь своё лицо и собственную биографию, и оставаться для писателя делом всей жизни. Хотя в истории мы тьму примеров слышим подобных книг и книжных циклов, – собственно, их и сберегает в памяти читателей история, – это никак не укладывается в писательство как бизнес-модель. Соответственно, писатели-бизнесмены воспринимают писателей классической формации даже не как коллег с иными взглядами, подходами и пр., а как нелепых чудиков, которые растрачивают силы-время-деньги зря и которых нужно или перевоспитывать, или, если уж они чересчур упёртые, то отсекать и игнорировать как социально чуждый элемент.

Я полагаю, эта пропасть будет только расширяться. Создателей и потребителей книг-пирожков становится всё больше. Они размножаются почкованием, плодя под себя новые ниши, площадки и даже жанры, такие как LitRPG, книги-игры.

Но, и это очень важно понимать, в информационном веке писатели классической формации вовсе не обречены на обструкцию и прозябание. Наше спасение – не в государстве: книги для сегодняшнего государства, в отличие от нефти, газа, телевидения, интернета, даже шоу-бизнеса, значит слишком мало. Спасение в самих читателях: новых, ищущих познания, и хорошо забытых старых, ушедших за познанием в Non/Fiction, документальную прозу, или вовсе переставших читать, так как чтение в их глазах утратило свои смыслы. Необходимо эти смыслы возрождать, перепрошивать до новых требований века.

Я двадцать лет не устаю повторять: в современном мире, полном бесконечных развлечений, книга не должна становиться лишь одним из них! Это её губит. Как развлечение, как жвачка для мозгов, книга не выдерживает конкуренции с модными гаджетами, играми, сериалами, комиксами, кино и интернетом. Любое опрощение и опошление, обрушение планки качества – гибельно для книги! Она способна выиграть в нашем веке только за счёт собственной ценности как интеллектуального продукта. Книга должна быть пищей для ума и предлагать думающему читателю то, что ему важно и полезно, содержательные альтернативы развлечениям. Как видите, и тут мы вновь пришли к альтернативам.

– Назовите три весомые причины, по которым необходимо прочесть «Божественный мир»?

Полагаю, после нашей беседы эти причины очевидны. Читать «Божественный мир» определённо стоит, если вы:

– хотите разобраться, чем «дышит» история и как работает политика; что такое власть, как она раскрывает лучшее и худшее в людях; какой бывает любовь между мужчинами и женщинами разных культур; что несёт с собой любовь к свободе; и чем порой приходится платить за любовь и свободу;

– не удовлетворены окружающим миром, пытаетесь понять, как и почему он таким получился и куда теперь катится, имеете трудные вопросы к истории и надеетесь спросить с неё ответы;

– ищете альтернативы тому, что было, и тому, что есть; хотите разобраться, на чьей стороне правда, и выбрать свою сторону.

Иными словами, если вы находитесь в поиске чего-то нового, оригинального и необыкновенного, но вместе с тем знакомого, надёжного, на что можно опереться – в «Божественном мире» всё это найдёте. Получите ответы на свои вопросы, и ещё больше вопросов родится. А также, я надеюсь, получите удовольствие от мира и рассказанной в книгах истории.

13 августа 2020 г.


[1] https://boristolchinsky.ru/alternatives/.

[2] Подробнее о том, как это всё происходило, см. таймлайн-реконструкцию альтернативной истории «Божественного мира» на https://boristolchinsky.ru/info/timeline/.

Read More →

Кто и зачем убивает классическую альтернативную историю

Статья, написанная ещё в начале года: всё уже было понятно, я это пишу и говорю более 20 лет, со времён ФИДО. Но тогда, в январе, выкладывать её казалось рано, а потом станет поздно и некому…

Вероятно, у каждого, кто читает мои заметки об альтернативной истории, так или иначе возникает вопрос: если твёрдая, серьёзная, классическая АИ столь важна и нужна, то почему у нас её так мало?

Почему “альтернативной историей” всё чаще называется то, что не имеет к ней отношения: попаданческий трэш, инфантильная фэнтези, дикая конспирология в духе Суворова (Резуна), а то и вовсе – “новая хронология” Фоменко-Носовского?

Почему вместо того чтобы рассказывать о той важной и нужной АИ, которая у нас всё-таки есть, её обесценивают и уничижают?

Почему, наконец, мой “Божественный мир” оказался единственной в своём роде работой на стыке исторической и политической науки с фантастикой и в этом качестве подвергается тотальной обструкции: то есть, просто делается вид, что ничего подобного в природе нет, не существует. Ни номинаций новых книг цикла, ни рецензий, ни отзывов в профессиональных изданиях или хотя бы даже упоминаний – НИЧЕГО и НИГДЕ. Но в информационном мире существует только то, что на слуху, что обсуждается публично. И ладно бы проблема была в отдельном авторе или его труде, так нет – уничтожают целое направление, уникальное в своём роде.

Для понимающих ответы очевидны, но нелишне их проговорить. Я долго думал, как к этому подступиться, пока в разговоре с одним нашим известным композитором и дирижёром, прочитавшим мои книги – как и все такие люди, кого я называю независимыми читателями – случайно, в силу личного знакомства с автором, не родилась одна метафора, способная легко и внятно объяснить всё.

“Как вы думаете, – спросил меня собеседник, – почему симфоний единицы, а попсу пишут и играют все, кому не лень? Почему органная и оперная классика живёт с нами веками, а хип-хоп и рэп – однодневки и на большее не претендуют? Почему, несмотря на это, имена знаменитых рэперов всё время на слуху, а наших современников-симфонистов знают разве что специалисты и ценители?”

Вы чувствуете аналогию? Классическая альтернативная история задаёт такую же высокую планку требований, как классическая музыка. Позволю себе соответствующую цитату из прошлогодней статьи “В лабиринтах альтернативной истории”:

Для научного и литературного творчества в жанре АИ от автора требуется, во-первых, знание реальной истории, на материале которой он выстраивает свою модель. Во-вторых, автор должен разбираться в тенденциях и закономерностях всемирно-исторического процесса, в политике, культуре, психологии, языке, быте и нравах людей и эпох, которые он описывает, без этого создание реалистичной и работающей модели АИ невозможно. В-третьих, он должен обладать оригинальными идеями и владеть литературным мастерством, чтобы рассказывать истории, интересные его читателю.

Свести все эти требования вместе – нелёгкая, а главное, неблагодарная задача. Существующий у нас книжный рынок не расположен её решать, государству же и вовсе до того нет дела: книга слишком мелкий для него продукт, не газ, не нефть и даже не кино. Реальные надежды можно возлагать лишь на энтузиастов и благотворителей – но в самом деле ли они реальны, вопрос, как минимум, неоднозначный.

Куда проще и для авторов, и для издателей, да и для критиков, и для читателей, ОБРУШИТЬ эту планку качества. Так, чтобы АИ мог написать – и прочитать – любой! Вообще ЛЮБОЙ. Без надлежащего образования, без понимания, без оригинальных идей (ой, не дай Бог нам тут таких, с идеями!) и даже без писательских умений – кто это читает, схавают и так, было бы мочилова побольше. Чтобы для знакомства с матчастью хватало двух-трёх статей в Википедии, и чтобы эта матчасть ограничивалась ТТХ в самом первом приближении, на радость заклёпочникам, гуру “профильных” форумов; о проникновении в культуру-мультуру и прочую психологию и речи нет! Это никому теперь не нужно.

Что на самом деле нужно – ВАЛ. Поток. Лавина. Чтобы писанину про героев-десантников, которые путешествуют во времени, вселяются в знаменитых людей прошлого и запросто решают все сложнейшие проблемы, или про магичек, находящих в прошлом свою любовь – чтобы эту писанину можно было гнать гигабайтами (я не преувеличиваю: именно столько, гигабайты, весят сборники подобных “романов” на торрентах).

То есть, чтобы затраты на издание такой макулатуры отбивались хотя бы за счёт их количества. Любимый мем книгоиздателей “всегда найдутся другие писатели” – именно отсюда, именно для этого.

Я знаю, о чём говорю, так как сам проходил этот путь в 90-х. К счастью, недолго: вовремя сумел остановиться и найти неблагодарный, трудный путь, но свой. Помогло необыкновенное стечение обстоятельств, о котором уже шла речь в статье “Как один из первых политологов России стал писателем-фантастом“.

Так постепенно рождался “Божественный мир”. Он ставил планку требований на таком уровне, отступать от которого было бы уже стыдно. И раз взялся за гуж, не говори, что не дюж!

Малотиражное коллекционное издание романа-трилогии “Наследники Рима” (2017)

Например, только для того, чтобы выстроить в “Земле Обетованной” и “Машиахе” работающую альтернативную модель взаимоотношений имперцев, наследников Рима, с ивримами (т.е. евреями), я перелопатил десятки всевозможных источников, от древних текстов тех же римлян и евреев до новейших монографий.

Земля Израильская в мире Pax Romana Nova
(карта Анны Станюкович, 2019)

На этом пути, между прочим, сформировалось новое понимание как имперской, так и еврейской идентичности, всего того, что евреи почерпнули от египтян, а римляне – от самих евреев, и чем они себя обогатили. Новое понимание Исхода и собственная же его трактовка. Новое восприятие диаспоры, когда необходимо выживать в социально чуждом окружении, служить ему и сохранять лояльность, и вместе с тем оставаться собой. И так далее…

А иначе просто невозможно. Иначе модель получится и не реалистичной, и не работающей, и не оригинальной.

Да, а потом ещё необходимо показать, как эта реалистичная, работающая, оригинальная модель рушится – как рушились все модели истории до неё, потому что история слишком сложна для моделей, в ней столько факторов, особенностей и нюансов, внезапных поворотов, “чёрных лебедей”, и неожиданных обстоятельств, которые меняют всё. Могли ли знать мудрейшие из евреев Кастилии, неоднократно помогавшие королеве Изабелле, лояльные ей, симпатичные ей – что она пожертвует ими ради чего-то более ей важного и нужного? Так и ивримы из “Божественного мира”, поставившие в своей тайной синагоге, словно оберег, статую римской императрицы, – могли ли они ожидать, что с ними приключится в “Машиахе”?

Но когда работающая АИ-модель создана, когда она уже реально существует и сама по себе, и в книгах, их можно свободно читать, модель изучать, критиковать, сравнивать с существующими, находить достоинства и недостатки, делать свои выводы, учиться с её помощью чему-то новому и это новое в реальном мире создавать. И тем более, если перед нами не одна модель и даже не одна только альтернативная история – а целый комплекс взаимосвязанных моделей альтернативного мира, касающихся самых разных сторон жизни общества (см. авторский курс лекций, который я выкладывал с середины октября).

Новое расширенное издание романа-трилогии “Наследники Рима” (2020)

Именно ради этого стоит работать, преодолевая все препятствия и тяготы, насколько хватит сил. Пусть окружающим на всё и вся плевать; пусть предают и друзья, и поклонники; пусть автор загибается в болезни и нужде, оставленный всеми, кому верил; пусть даже цена такой работы его жизнь – уже не это важно. Тем более, подобный труд не делается ради денег, премий и медалек – кому они важны, оставьте их себе! Не претендовал и не претендую. Труд подобного масштаба делается просто потому, что это правильно, необходимо, нужно для людей. А когда и где его признают и оценят – уже не суть.

Когда это всё-таки случится, его позорная, демонстративная обструкция “здесь и сейчас” станет весомым аргументом в его пользу и приметой того пустого, подлого, потерянного времени, от которого люди будущего захотят поскорее уйти, забыть, как страшный сон. Мой “Божественный мир” поможет в этом каждому, кто примет его помощь.

Read More →

Три года первому изданию трилогии “Наследники Рима” (2017)

Ровно три года назад в подарочном малотиражном омнибусе впервые появилась трилогия “Наследники Рима”, всего более 2 млн знаков, 50 авт. листов, которые я с трудом уместил в один огромный фолиант. Так возродился, после паузы в 15 лет, цикл “Божественный мир”, главный труд моей жизни.

Всю работу по подготовке этого коллекционного издания я провёл сам, на свой страх и риск, и на свои средства, причём скорее от отчаяния и безысходности, чем по трезвому расчёту. Произошло это при тяжких обстоятельствах. Мои родные, один за другим, умирали от рака на моих руках. Брошенный всеми, я писал другие книги (под псевдонимом), а печатал так же, через сервис Ридеро. Но в один “прекрасный” день весной 2017 года осознал, что если не вернусь к “Божественному миру”, он может кануть в Лету вместе с автором.

И я вернулся. Возродился! Вновь появился в сети. В ускоренном темпе доработал оба первых (1999) романа, “Нарбоннский вепрь” и “Боги выбирают сильных”, наконец-то дописал – вернее, переписал – “Воскресших и мстящих”, свёл всё в роман-трилогию. И выпустил, ни на что особо не надеясь. Главное, чего хотел – чтобы мои книги остались у верных читателей, которые их так долго и упорно ждали (см., например, недавний материал “Старые письма о главном“).

А они “взлетели” так, как я и не надеялся. Книги расходились по 2500 рублей за 1000-страничный фолиант, а последние два экземпляра ушли за 5000. И никто из читателей-покупателей не торговался из-за цены! Все понимали, за что платят. Сейчас этот раритет не достанешь ни за какие деньги, и ни на каких Авито, Алибе или Либексе его нет. Я не только окупил свои расходы на издание, но вышел в плюс и жил на эти деньги почти год. Для сравнения: символического “гонорара” с трёхтомного коммерческого издания 2020 года едва хватает на один визит к врачу и сопутствующие обследования. Или на неделю жизни…

И снова подтвердилось наблюдение: когда я доверяюсь чьим-либо (например, издателей) обещаниям и заверениям, ставлю себя и свой проект в зависимость от них – получается сплошная нервотрёпка, она стоит здоровья, времени и сил, а в итоге гора рождает мышь; так было в 1999 году, так получилось и в 2020-м. Но когда за что-то берусь сам и делаю по собственному разумению, как в 2017-м, это работает, и всё прекрасно получается, намного выше ожиданий.

Read More →

Отзывы на Флибусте: разбор и вывод

И вот что происходит, когда книги из “Божественного мира” достаются забесплатно, т.е. нахаляву. На скрине отзывы с Флибусты, помните такую? Пожалуйста, читайте снизу вверх, в хронологическом порядке. Так можно проследить и проанализировать динамику.

Как видите, первые отзывы – это ещё 2011 год. Max Brown – тот самый фидошник, наш человек, который, прочитав первую книгу цикла, буквально перевернул весь Обнинск в поисках второй; издательство, “от большого ума” и нежелания прислушиваться к автору, разделило неразрывные части единого целого, и вторую книгу было не найти – а потом, когда она вышла, не найти было первую, в итоге проиграли все. Коллега Алексей Волынец и другие давние читатели рассказывали мне, что сначала прочли “Боги выбирают сильных” и лишь потом – “Нарбоннского вепря”, когда добрались до него. Но все четыре отзыва, от Fenghuang и Max Brown, составят честь любому автору, и для меня они важны. Это отзывы от людей, которые приложили усилия, чтобы найти мои книги, а когда нашли, то знали, что читают и зачем.

А дальше уже наше время, 2019 год, конец декабря – буквально только что вышли новые “Наследники Рима”, полная трилогия в отдельных томах. Но некто Orcus (для справки: Оркус – бог смерти у римлян, а в мире Pax Amoria | Pax Romana Nova так называется город-резервация рабов среди пустыни; угодить в каменоломни Оркуса – худшая страшилка и самая незавидная участь для имперского раба), так вот, некто Orcus новые книги не покупает, жаба гонит его к пиратам за старыми, и он пишет отзыв ни о чём. Чего сказать хотел-то? Непонятно. Праздность и лень сквозят в каждом слове. Но праздным и ленивым не место в “Божественном мире”, для них несколько другие книги – Макса Фрая, например. Или того же Пелевина.

Следующий отзыв некто sergey_zhiharev – лето 2020 года, новые книги уже есть повсюду, и печатные, и электронные. Но Жихарев тоже идёт на Флибусту, к пиратам, за старыми, уже неактуальными редакциями. Пишет глупость в отзыве и ставит двойку автору за книгу. Судя по отзыву, это очень и очень молодой человек, может быть, подросток, который не помнит или не знает новейшую историю своей страны. Ему не приходит в голову, что войны Империи с Нарбоннской Галлией в моих книгах – очевидная аллюзия на российско-чеченские войны 90-х. Это не значит, что мой Варг – аллюзия конкретно на Дудаева, Масхадова или Кадыровых. Конечно же, нет! Типажи совершенно другие, исторический контекст в книгах совсем другой. Но аллюзии есть, и если читать серьёзно, вдумчиво, с вниманием к собственной недавней истории, не увидеть их невозможно.

Почему имперцы так долго не могла привести к покорности варваров-галлов, стоящих значительно ниже их по культурному и технологическому развитию? Да ровно потому же, почему огромная 150-миллионная РФ годами не могла смирить маленькую, но мятежную Ичкерию. И дело тут совсем не в командирах, а в сложном комплексе факторов, среди них очень интересно и полезно разбираться. Но кому неинтересно – то зачем читать?

Вывод из анализа простой и самоочевидный. Двадцать, пятнадцать, даже ещё десять лет назад, может быть, имело смысл ходить к пиратам за книжными новинками. Сейчас же смысла никакого нет, а только вред. Халява больше не имеет ценности. Версии моих книг на пиратских помойках устаревшие и неактуальные, туда тупо сваливали всё, что в своё время проходило через ФИДО и компакт-диски.

Самые свежие и актуальные версии – на официальном сайте автора и в нормальных интернет-магазинах. Честно заплатить за новые книги “в два клика мышью” куда как легче, чем тащить старьё через прокси, торы и випиэны с пиратской помойки. ~700 рублей за одну печатную книгу или за все электронные никого не разорят в наше время.

Но платить и читать имеет смысл не наобум, а чётко себе представляя, что это такое и зачем оно вам надо. В помощь – сайт, Википедия, Лайвлиб, рецензии и интервью, их пока мало, но они есть, составить впечатление возможно. Ищущие да обрящут.

Read More →

Отзыв на роман Ивана Ефремова “Таис Афинская”

Опубликовано на Фантлабе ровно год назад.

Две недели назад ушла из жизни Таисия Ефремова, жена и муза Ивана Антоновича Ефремова.

Иван и Таисия Ефремовы

Я не был знаком с нею лично или по переписке, вообще ни с кем из их круга, но я могу с уверенностью утверждать, что именно книги Ефремова оказали на меня, как автора, определяющее влияние. Считаю себя его верным последователем. Судя по отзывам читателей – не без оснований. И когда Таисии Ефремовой не стало, я решил, что должен отложить на время весь огромный список книг к прочтению и немедленно перечитать “Таис Афинскую”, роман, посвящённый ей. И перечитал – должно быть, впервые с советских времён.

Обложка романа “Таис Афинская”

И знаете, я потрясён. Так уже не пишут. С таким тщанием. С такой любовью – к миру, героям, идеям – и вне всякого цинизма, без отстранённости, свойственной нынешней эпохе. И с таким пристрастием! Ефремов очень любит эллинов и смотрит на всё их глазами, транслирует читателю исключительно эллинский взгляд на мир. А египтян не любит и не понимает, опасается и презирает, точь в точь как эллины эпохи Александра Македонского! У него египтяне делают ужасные вещи, им совершенно несвойственные. Например, приносят человеческие жертвы своим “звероголовым” богам. Богатейшая история и культура Египта получают в устах героев Ефремова совсем уж невероятные, недостоверные толкования. И сами герои в них верят!

Но это не минус, а огромный плюс романа. “Таис Афинская” – помимо прочего, блистательная реконструкция эпохи, нравов и героев, которые волею судеб опосредуют наш взгляд на всю историю Древнего мира. На тех же египтян мы до сих пор глядим глазами греков. И даже не Солона с Геродотом, учёных мужей, которые, по их собственному признанию, были “дети по сравнению с египтянами”, а вот этих новоявленных покорителей Ойкумены, недавних варваров, пришедших на земли Египта с Александром и завладевших ими, сменив персов, предыдущих завоевателей. А потом туда придут римляне, суровые, практичные люди, они понимали ещё меньше эллинов, а главное, и не пытались. А после римлян – арабы, которые и вовсе ничего не понимали. Только теперь, уже в XXI веке, мы начинаем что-то понимать, когда нам удаётся посмотреть на мир глазами самих древних египтян. Иван Ефремов жил в другое время, у него такой возможности не было.

Поэтому лучшее, чему могут научить его книги: идти своим путём, в ногу с своей эпохой, может, чуть-чуть забегая вперёд. Не пытаться копировать своих великих учителей, не подражать им, а наоборот, превосходить, предлагать читателям собственные идеи и альтернативы, проработанные с таким же тщанием. Чтобы у читателей всегда был выбор.

Read More →

Новый рассказ “Божественный кот”

А помните, ровно год назад все обсуждали толстого кота Виктора, которого не пустили на борт “Арофлота”? Это вызвало поток всеобщего возмущения. Сколько было одних только мемов! Ув. авиакомпания сильно проиграла в репутации. И это был урок для всех: с котами на борт можно, а обижать котов нельзя, себе дороже выйдет.

Мне тогда подумалось, что вся эта история с котом Виктором прекрасно ложится на реалии “Божественного мира”. И даже имя кота – в тему! Хотя контекст, естественно, другой. Так родился рассказ, совсем короткий, я публиковал его в фейсбуке, и он был принят там отлично… а потом забыт, т.к. уехал вниз по ленте.

И вот выкладываю текст на сайт, где он не затеряется. Кто уже читал новые вещи из цикла, вы знаете Давида Хасмонейского (Давида бен Циони), а кто нет – сразу познакомитесь и с ним, и с котом. Похоже, они у нас надолго! И возможно, скоро будет продолжение – вернее, приквел: вы узнаете, откуда у Давида взялся этот дивный кот, кто такая таинственная госпожа Мерисет и что Давида с нею связывает. 🙂

БОЖЕСТВЕННЫЙ КОТ

Регистрация на рейс «Темисия – Астерополь» заканчивалась. Вместе с обычными паломниками, летевшими поклониться Храму Фатума, регистрацию прошли гражданские чиновники, два десятка военных и трое учёных иереев в сане куратора; последние зачем-то летели рейсовой аэросферой, хотя, как слышал Давид, для таких важных персон обычно выделяется отдельный борт. Всего на рейс записались человек двести с небольшим. Не так уж много, но и не мало. Это люди, среди которых ему нужно было затеряться. А попробуй затеряйся, если ты иврим, как белая ворона среди них, квиритов!

Он приехал в Эсквилинский аэропорт, одевшись плебеем-паломником, на городском омнибусе. В одной руке держал котомку, такую же, как у других, кто направлялся к Вратам Мемнона, а во второй руке была корзина для кота. Корзина выглядела дорогой, сам кот – ещё дороже. Он сидел внутри и благоразумно помалкивал.

На входе в аэропорт самого Давида, его котомку и кота просветили эфиром, потом посмотрели документы и пропустили внутрь. Ни к чему придираться не стали, на удивление. А то бы эта авантюра закончилась, едва начавшись. Она была невероятно наглой даже для него, писателя и путешественника, чьи экстравагантные поступки нередко изумляли даже его близких.

Давид был в Эсквилине первый раз и сам не представлял, чем объясняется такая удача – его внушающим доверие обликом, хорошей маскировкой, здешними порядками или, напротив, беспорядком, ставшим для Империи привычным в годы междуцарствия.

– Давид Циони, – честно сказал он, подойдя к стойке регистрации с надписью «Астерополь». – У меня билет. На себя и на кота Виктора.

Маленький чиновник за стойкой вытаращил на Давида глаза.

– Иврим? Не положено. Проезд на воздушном транспорте разрешён лишь полноправным гражданам Империи. Вы можете только встречать!

Стараясь сохранять спокойствие, Давид на это возразил:

– Посмотрите в списках. Я там должен быть. Имею разрешение от первого министра.

Чиновник нахмурился, но всё-таки взглянул на монитор.

– Давид бар Янкель бен Циони, – повторил Давид. – По личному распоряжению его высокопревосходительства Корнелия Марцеллина, консула и первого министра.

Стоило добавить, что ещё и князя, и сенатора, но Давид не успел: чиновник снова вытаращил глаза, но уже глядя на свой монитор. Потом перевёл взгляд на Давида.

– Тут сказано…

– Да, – улыбнулся Давид. – «Всё, что делается предъявителем сего, делается по моему приказанию и ради блага Богохранимой империи». Так?

По правде говоря, в оригинале разрешения, которое когда-то выдавал ему правитель, было написано немного по-другому. То есть, совершенно по-другому. Но Барух Гольц, молодой программист-самоучка, при этом преданный поклонник книг Давида, поклялся ему, что сумеет незаметно влезть в информаториум транспортного ведомства и кое-что подправить там.

– Так… – смутился маленький чиновник. – Но… всё равно нельзя! При всём почтении к его высокопревосходительству. Это же аэросфера не куда-нибудь в Ракот, Анукис или Джоку, или даже в Рим или Дамаск, это аэросфера в Астерополь, Врата Мемнона! Для полёта в нашу священную столицу необходимо разрешение его святейшества понтифика Курии. Я не вижу разрешения его святейшества. У всех, кто прошёл на борт аэросферы перед вами, оно есть. А у вас его нет! Без разрешения его святейшества священную столицу может посещать лишь сам Божественный император – жизнь, здоровье, сила!

И чиновник бросил благоговейный взгляд на статую молодого человека, она возвышалась в центре зала аэропорта. Вернее, этот взгляд должен был быть благоговейным, но таковым не был. И Давид знал почему.

Пришла пора ввести в игру кота. Давид огляделся, поставил корзину с котом на стойку регистрации и спросил чиновника:

– Узнаёте?

Чиновник посмотрел на кота, потом снова на Давида. В его взгляде читалось раздражение. Только бы не вызвал охрану, подумал Давид. Стражи порядка были недалеко, но они патрулировали входы и сам зал аэропорта, у стоек регистрации никого из них не было.

Давид достал из кармана своего плебейского плаща ассигнацию в сто денариев и положил перед чиновником.

– Что это, взятка? – вкрадчиво спросил тот. – Вы пьяны? Сошли с ума? Хотите провести остаток жизни на каменоломнях Оркуса?

И протянул руку к кнопке вызова охраны.

– Взгляните на портрет, – быстро сказал Давид. – А теперь на кота! Ну? Узнаёте?

Чиновник взглянул. Сначала на портрет, который украшал ассигнацию, а потом – на кота. И отшатнулся так, что сам едва со стула не свалился.

Кот наблюдал за ним суровым и царственным взглядом. На груди кота был золотой анх, а чуть выше – медальон с глазом Гора и геральдической буквой «Ф», эмблемой Дома Фортунатов. Само собой, подделка, имитация, но кто здесь разберёт? С медальоном помог Менахем Гольц, искусный ювелир, отец Баруха. Зачем на самом деле нужен этот медальон, Давид ювелиру, конечно, наврал. Если бы выложил правду, осторожный и практичный старик Гольц немедленно отправил бы его в сумасшедший дом.

– Я выполняю чрезвычайно ответственное и деликатное поручение имперского правительства, – понизив голос, пояснил Давид. – Доставляю воплощение Божественного Виктора в Мемнон, в Храм Фатума. Там наш покойный бог, император и фараон – жизнь, здоровье, сила! – вознесётся к Эфиру, чтобы присоединиться к своим предкам в свите небесных богов-аватаров.

У чиновника отвисла челюсть, и он весь побледнел и вспотел одновременно.

– Но позвольте… Божественный Виктор – жизнь, здоровье, сила! – воплощал собой аватара Дракона…

– А сам, покинув нас, воплотился в кота, – кивнул на толстого кота Давид. – Его полное право! В кого захотел, в того и воплотился. Разве мы, смертные, в состоянии предугадать промысел богов? Или вы предпочли бы, чтобы он воплотился в дракона? И как бы я теперь перевозил дракона? По правде говоря, коты намного мне милее! Хвала Божественному Виктору – жизнь, здоровье, сила!

– Мур, – одобрительно мяукнул кот.

Только бы не стал звонить! Тогда всё пропало, подумал Давид.

– Я должен позвонить… начальству.

– Нет! Вы нарушите секретность операции и будете за это отвечать. Перед первым министром. И перед понтификом. И перед богами, начиная с самого Божественного Виктора – жизнь, здоровье, сила!

– Мур, – важно повторил кот.

Давид зачерпнул в кармане ещё сотенных ассигнаций с тем же портретом, протянул их чиновнику. Тот быстро взял.

– Посмотрите внимательно. Убедитесь, так сказать. И не чините нам препятствий. Мне и воплощению Божественного Виктора.

Кот, похожий на старого императора, презрительно фыркнул и принялся умываться.

Какое счастье, подумал Давид, что Виктор V лишь недавно отошёл к своим богам. Деньги с его портретом ещё были в ходу, их не успели заменить на новые, с портретом Льва XII. Если б заменили, то пиши пропало. Без подношений в этом государстве не добьёшься ничего. В особенности если ты иврим, имперский подданный, но без имперского гражданства, и даже при самом высоком покровительстве всё равно зависишь от чиновной сошки вроде этой. Такова обычная плата за риск.

– И тем не менее, – жалобно произнёс чиновник. – С котами на борт можно, а без соизволения его святейшества понтифика – нельзя. Кота вашего… то есть, кота Божественного Виктора… могу пропустить на борт, а вас – нет. Только не в Мемнон! Меня за это… сами понимаете. А ведь у меня семья! Кто позаботится о них? Я-то человек маленький, где мне найти таких высоких покровителей.

– Оформите меня как сопровождающего. Или как багаж, необходимый божеству в его последнем путешествии в священный город.

Давид опять полез в карман и зачерпнул всё, что там было. В этот момент раздался сигнал, что регистрация на рейс закончена. Маленький чиновник схватил ассигнации и сразу же их спрятал.

– Идите! Я оформлю. Но что вы скажете там, по прилёте? Контроль у Врат Мемнона ещё строже…

– Не беспокойтесь, меня встретят.

А если нет, то мне конец, думал Давид, поднимаясь на телескопическом лифте в гондолу. За такую шутку каменоломнями Оркуса не отделаешься. Хотя, казалось бы, что может быть страшнее? Но эти изобретательные имперцы всегда, всегда умеют удивлять, карая непокорных.

Десять минут спустя причальная мачта отошла, и аэросфера стала набирать высоту. Только теперь Давид перевёл дух.

– Полетели, Нефермур! – сказал он толстому коту. – А ты не сердишься, что я называл тебя Виктором? Прости. Вот на какие ухищрения приходится идти, чтобы вернуть тебя твоей хозяйке. Надеюсь, мудрая госпожа Мерисет оценит моё рвение и сдержит слово, поможет мне пройти в Храм Фатума. Ты только представь, Нефермур! Я стану первым ивримом на свете, кто войдёт в святая святых имперской мощи! Разве не стоит рискнуть ради этого?

Учёный кот-воздухоплаватель лениво зевнул и закрыл глаза. Ему-то что, будет спать до самого Астерополя. Давид присел к окну и стал смотреть на проплывающую внизу землю, первый иврим, кто путешествует воздушным транспортом Империи, и первый, кто ещё до захода солнца увидит её главное святилище. А всё благодаря коту!

Read More →

Галльский пролив между Италией и Европой – важнейший символ разделённого Римского мира

Ровно год назад в программе ув. Е.М.Шульман “Статус” неожиданно появилась эта карта:

Как автор подтверждаю: на ней Галльский пролив между островом Италия и континентальной Европой нарисован именно там, где он находится в АИ-реальности “Божественного мира” (указан красными стрелками).

Не фотошоп! Не шутка! Желающие убедиться могут пройти по ссылке на Youtube. Они ЗНАЮТ!!

Страница обсуждения Галльского пролива на ФАИ.

А вот как это выглядит на новой карте Анны Станюкович:

Италия и Галлия в АИ-реальности “Божественного мира” (новая карта 2019 года)

Зачем нужен этот пролив? Версии “автору так захотелось” отметаем как неорганизованные: всё, что есть в “Божественном мире”, имеет чёткое обоснование, автор работал – и работает – над этим годами, иначе не было, нет и не будет.

Галльский пролив между Италией и Европой – важнейший символ разделения единого некогда Римского мира. После драматических событий V века, когда вся Европа, в альтернативно-исторической реальности, была захвачена варварами, а Империя возродилась и затем укрепилась в Африке, перед наследниками Рима встал вопрос: что делать с Италией? Отвоёвывать её обратно – как в реальной истории чуть позже, в середине VI веке, поступит император Юстиниан, затратив на 20-летнюю войну с остготами неисчислимые ресурсы, разорив и обескровив всю Италию, да и саму империю? Или поступить более прагматично, сосредоточившись на Африке, а потерянные в Европе земли, в том числе Италию, оставив варварам?

Я не буду описывать здесь все перипетии “итальянского вопроса”, скажу лишь, что в итоге восторжествовала позиция Гая Аврелия Фортуната, первого императора возрождённой в Африке Римской империи: не возвращаться в потерянные и осквернённые провинции, не тратить на отвоевание Европы силы и ресурсы.

А отгородиться от неё! Теперь это Terra Asfetum, “земля Асфета”, то есть Хаоса, откуда он руками варваров, своих прислужников, испытывает Державу Фортуната на прочность. Не хотят варвары жить под Империей – и не надо! И будут обратно проситься – не примем! Нам их проблемы не нужны. Divide et impera, пусть воюют не с нами, а между собой, мы этому поможем.

В дальнейшем, ориентировочно в XV веке, когда королевство викингов в Галлии распадается на четыре герцогства, наследники Рима отвоёвывают Италию у варваров. Но не присоединяют к Империи – нет, подобные присоединения теперь не практикуются, имперские границы зафиксированы в конституционных актах раз и навсегда – а создают там сеть клиентских государств. На севере это Цизальпийская Галлия, герцогство со столицей в Медиолане (Милане), в самой Италии – полисные республики, на прилегающих островах – имперские экзархаты. Такая гибкая система позволяет управлять чуть отстранённо, но зато надёжно.

Главное же, что придаёт системе управления Италией надёжность, это именно Галльский пролив. Исторические римляне на месте моих альтернативно-исторических, возможно, выстроили бы Стену. Но Аморийская империя, в отличие от собственно Римской – талассократическая, водная, островная цивилизация, наследница не только Рима, Египта и Греции, но и Карфагена, поэтому она отгородилась сначала каналом, а затем и проливом.

Так Италия становится важнейшим буфером между “варварской” Европой и “цивилизованной” Северной Африкой.

Сейчас, т.е. в период действия первых книг цикла “Божественный мир”, Италия формально не входит в Империю, но являет нам конгломерат имперских экзархатов, таких как Равенна, Неаполь, Сицилия, и “свободных” республик, так или иначе ассоциированных с Империей. Например, сам Рим – вернее, то, что от него осталось – представляет собой республику, в которой старательно, хотя бы внешне, соблюдаются порядки и традиции ещё катоновских времён. Но это мало кого может обмануть. Настоящий Рим – не там, где Roma Aeterna, а там, где римляне, наследники Рима.

Причём последнее справедливо не только для альтернативно-исторического мира, но и для того, в котором живём мы.

Read More →

Старые письма о главном

Чтобы добраться до них, я совершил путешествие во времени. Взял у товарища и привёз домой допотопный компьютер, установил операционку из прошлого века, вставил в дисковод древнюю дискету (не диск – дискету! многие, наверное, не знают даже, что это такое), считал с неё архив пятнадцати-двадцатилетней давности, запустил давным-давно забытую почтовую программу… и наконец-таки нашёл что искал. Далеко не всё, но многое, sapienti sat.

Это было удивительное время, когда первые книги “Божественного мира” жили своей жизнью безо всякого участия их автора. Тотальная обструкция была уже тогда, все фэндомы как воды в рот набрали, в сети какой-либо информации о книгах не появлялось вообще, в магазинах тоже было не найти их – но читатели искали и как-то находили книги сами! Как именно – Бог весть, многое мне до сих пор непонятно. Искали, находили и читали – и писали автору. 

Этично ли публиковать такие письма – для меня труднейшая дилемма. Я никогда и нигде не публикую частную переписку, более того, считаю это обманом доверия и за такое немедля расфренживаю (собственно, пока единственное, за что действительно расфренживаю). Но является ли частной перепиской письма-благодарности читателей писателю? Письма-вопросы, письма-просьбы и письма-пожелания? 

Нет, это отдельный жанр. Множество примеров таких писем в собраниях сочинений, обычно они публикуются в последнем томе или томах. Эти письма многое рассказывают и о писателях, и о читателях, о восприятии книг обществом. 

Тем более, письма 20-летней давности, письма из иной эпохи. Как известно, даже государственные секреты раскрываются и публикуются спустя какое-то количество лет. А здесь – какие могут быть секреты? Здесь, в этих письмах, никакой информации частного характера.

И тем более, эти письма, очевидно, сохранились только у меня и лишь из-за того, что я в таких делах педант, ничего из пройденного в жизни не выбрасываю и не отвергаю. Для меня это сама история. История труда моей жизни, его нелёгкой (мягко говоря!) судьбы. Если эти письма не опубликую я, никто и никогда их больше не увидит, они уйдут вместе со мной.

Поэтому я их нашёл и публикую. Ещё раз: далеко не все – в первой половине 2000-х читательские письма шли потоком, да и затем их было немало, многие даже не открывал (простите, мне было не до того). Я также допускаю, что нашёл не все почтовые архивы, уверен, что где-то на старых дисках и дискетах есть ещё. Но уже по этим письмам можно составить впечатление, каково рода были обращения читателей. За все-все 20+ лет я не услышал от читателей ни единой гадости в свой адрес или в адрес моих книг! Да, гадости писали мне в сети, в открытом доступе, а в письмах – лишь хорошее.

Ещё раз и ещё: всё это мне писали не друзья или приятели. Не родственники. Не сетевые знакомые. А просто люди, неизвестные – и независимые! – читатели, которые вышли на мои книги САМИ, вопреки их тотальной обструкции. Нашли, прочли и не поленились написать их автору.

В подтверждение того, что всё это не “самопал”, а реальные письма реальных людей, я выкладываю их вместе с клуджами, т.е. технической информацией, которую подделать невозможно. К сожалению, ни один из этих старых адресов уже не отвечает, и поиск по фамилиям респондентов оказался безрезультатным. Мне не удалось найти людей, отправивших все эти письма, чтобы хотя бы спросить у них согласие на публикацию. Но у меня теплится надежда, что кто-нибудь из них вдруг встретит в сети и узнает своё старое письмо, и вновь напишет автору “Божественного мира”. Мне будет приятно! Для каждого и каждой, кто сделает это, у меня найдётся свой подарок. А если кто из них захочет снять своё письмо из открытого доступа, я немедленно сделаю это. 

Итак, письма читателей автору. 

Александра Ларичева, первое письмо (2000)
Техническая информация письма

Многоуважаемый Борис Аркадьевич !

Недавно друзья посоветовали мне прочитать ваши книги из серии "Божественный Мир", что я и сделала с огромным удовольствием.

Хочу сказать Вам огромное спасибо за эти удивительные и очень оригинальные произведения и надеюсь на продолжение этого увлекательного цикла.

С уважением, Александра Ларичева.

Александра Ларичева, второе письмо (2000)
Техническая информация письма

Многоуважаемый Борис Аркадьевич!

Спасибо за Ваш интерес к моему мнению по поводу Ваших произведений!

Постараюсь ответить на Ваши вопросы. Насчет читательской аудитории - мне кажется ,что Ваши книги способны удовлетворить вкусы многих - здесь есть и лихо закрученный, непредсказуемый сюжет, и яркие персонажи. Хотя да, наверное, любителям чисто мордобойных боевиков , которые польстились на "Варварский принц... бросил вызов" и "Варг прыгнул..." на задней стороне обложки, не понять итросплетений выдуманных Вами интриг и Вашей богато развернутой панорамы античного мира, может они и недовольны.

Но вот мнение тех, кому понравились Ваши книги.

Я студентка-юристка, увлекаюсь фантастикой, историей (античной не в последнюю очередь) и социологией. И Ваши книги приятно удивили меня, по моему мнению, удачным синтезом всего этого. Очень увлекательно следить за полноценной жизнью общества, государства и целого мира, тем более когда все это преподается в интересной, захватывающей форме хорошего политического детектива с яркими и притягательными героями, такими как София Юстина или Корнелий Марцеллин. Однако Вы нравитесь не только узкому кругу любителей истории и социологии. Пожалуй круг моих друзей с литературной точки зрения представляет собой объединение читателей с разными вкусами. Книги один мой знакомый купил случайно - и прочитал запоем, как и все после него.

Каждому/ой Божественный Мир понравился по разным причинам. В совокупности это: детальнейшая проработка созданного Вами мира (как в тексте так и в приложениях), непредсказуемый сюжет и виртуозные хитросплетения интриг, интересное построение текста (письма, донесения, воспоминания), смена персонажей, находящихся в центре повествования (Варг-София и т.д.) и неоднозначность, многогранность их натур, непохожесть и несоотносимость Ваших произведений ни к одному из набивших оскомину жанров фантастики. Перечислять можно долго.

Кого-то притягивает в книгах интрига, кого то притягивают описания. Думаю, что "Божественный Мир" может понравится и простому читателю, без запросов.Один мой друг, который довольно далек от истории и социологии прочел и сказал : "Круто". Я его спрашиваю:" Чего, Игорь, круто-то?". Он говорит:" София крутая и ваще мужик интересно пишет".

Вот Вам срез Вашей читательской аудитории, в данном случае в Петрозаводске (Ваши книги кстати здесь неплохо раскупаются).

Что не понравилось в книгах? Претензий у меня никаких нет - правда вторая книга оставила много неразрешенных вопросов - Что такое Эфир? Кто такие риши?Почему в тексте так много намеков на будующую революцию в Амории? Кто продолжает действовать как ментат в Галлии после смерти Ульпинов? и т.д. Однако зная, что вторая книга не последняя, я надеюсь получить ответы в Ваших последующих произведениях.

Не считайте меня какой-нибудь оголтелой фанаткой, просто Ваши книги действительно пришлись мне по душе. Советовать Вам о чем написать в последующих книгах я не считаю себя компетентной. Вы главное пишите, экспериментируйте и не беспокойтесь об аннонсированиях - хорошее произведение всегда найдет своего читателя.

С уважением, Александра Ларичева.

Анатолий Питиримов (2001)
Техническая информация письма

Здравствуйте , Борис !

После прочтения Вашего романа "Hаpбоннский вепpь" жутко захотелось читать дальше . Не подскажите ли , если это возможно , где мне найти тексты романов "Боги выбиpают сильных", "Воскpесшие и мстящие" и "Чёpная Саламандpа".

С уважением .
Анатолий.
16.04.2001 г.

kostya Poukhov (2001)
Техническая информация письма

Hi Boris

I've red your book "Нарбоннский вепрь" at
Moshkov's online library and liked it very much.
I wonder if you have written the other books
for "Божественный мир" series. If you have
then how I can get them? I live in Canada
and they do not have your books in stores.

Regards

Kostya Poukhov

Serjio S (2004)
Техническая информация письма

Многоуважаемый господин Толчинский,

Недавно прочитал Ваш роман "Нарбонский вепрь" и влюбился в созданный вами мир. Бросился на штурм книжных магазинов, но не нашел продолжения, поиски в Интернете тоже не к чему не привели. Однако по слухам электронная версия в Сети живет.

В конце концов, отчаявшись, я набрался наглости и решился написать Вам (если этот электронный адрес действительно Ваш). Не будете ли Вы столь любезны выслать мне электронную версию хоть какого-нибудт Вашего произведения из Аморейской серии (естественно, опубликованного).

Понимаю, конечно, что выхожу за рамки приличия, но попытка не пытка.

С уважением
Сергей

Владлена Нежданова, первое письмо (2008)
Техническая информация письма

Добрый день!

Меня заинтересовали книги Толчинского Б.А. Но к сожалению, в продаже их нет. Искала где только могла, в том числе и в интернет-магазинах. (Нашла только "Нарбоннский вепрь" и "Божественный мир")

Как я могу узнать какие еще есть книги и где их можно приобрести, может быть заказать?

Заранее спасибо!

С уважением,
Владлена Нежданова.

Владлена Нежданова, второе письмо (2008)
Техническая информация письма

Уважаемый Борис Аркадьевич!

Спасибо вам за ответ. О ваших книгах я узнала совершенно случайно. Я работаю секретарем-референтом, и недавно мой начальник попросил меня найти продолжение книги "Нарбоннский вепрь". Продолжение ее "Боги выбирают сильных" я нашла только на ozon.ru. Пока я искала продолжение, первая книга была у меня, я начала ее читать и мне понравилось. Может быть покажется забавным, но меня привлекло ее название "Нарбоннский вепрь", потому что в прошлом году я была в городе Нарбонн во Франции. И очень люблю все, что связано с историей Франции, с галлами, и вообще с европейскими народами. Но люблю не только чисто исторические факты, но и произведения, написанные в жанре фэнтэзи. И еще мне нравится стиль вашего письма - легко читается, и повествование очень живое, как-будто смотришь фильм.

В общем, в продолжении теперь заинтересованы и я, и мой начальник. И очень хотелось бы узнать когда выйдет ваша третья книга, ну и роман "Черная Саламандра" в том числе.

В интернете я нашла еще ряд ваших произведений. А их вы не будете издавать?

Еще раз спасибо,

С уважением,
Владлена Нежданова

Read More →

Многообразный мир имперских провинций и городов

Аморийская империя воистину огромна, она больше Римской при Траяне и тем более Византийской при Юстиниане, по размеру она такая же, как… Российская, с которой во многом схожа. Но это не калька – она по-другому устроена: да, что-то наследники Рима, Египта и Греции взяли у предков, что-то у соперников-персов и даже у варваров, но в основном всё выстроили сами. Получился многоцветный и многообразный мир, в нём ни одна из двенадцати провинций и ни один из двух десятков представленных на карте городов не похожи на другие, перепутать невозможно. В книгах, разумеется, описаны не все – здесь будет больше и яснее.

Преемникам Фортуната удалось то, чего не смогли добиться фараоны, диадохи и цезари – создать работающую административную машину из таких разномастных частей. Которые при этом бы не отпадали и не распадались, как египетские номы, не враждовали бы с друг другом, как ахеменидские сатрапии, не порождали узурпаторов престола, как частенько было в Древнем Риме, все знали бы свои места и признавали высший авторитет центральной власти. И мы увидим, как же у них это получилось! Может быть, что-то из их опыта пригодится и в реальном мире, нам самим?

Мы также увидим множество разбросанных по всей Империи чудес света, их намного больше семи. Некоторые из них, такие как Фаросский маяк в Александрии, в нашем реальном мире пали, а в альтернативном сохранились, ими можно насладиться. Мы также посетим гробницы Александра Македонского, Антония и Клеопатры. В исторической реальности великий город Хет-Ка-Птах (Мемфис), древнейшая столица Египта, давным-давно в руинах, но в АИ-реальности “Божественного мира” он ещё сильней и краше, чем был в эпоху Джосера, Снофру и Хафры. Именно оттуда, из Мемфиса, вышло аватарианство, новая альтернативная религия, сплотившая (если не сказать – сковавшая!) весь этот многообразный мир, и именно бог-демиург из Мемфиса Птах сделался Творцом-Пантократором в новой аватарианской вере.

Птах-демиург и Маат-порядок. В аватарианстве Птах почитается как Творец-Пантократор, а Маат – как Божественный порядок аморийцев, наследников Рима

Мы, наконец, увидим новые чудеса света, каких наш мир не знал, он лишь мечтал об этом, а в альтернативном мире они есть – например, величественный мост из Африки в Европу через Геркулесовы столпы (Гибралтарский пролив). Если вы читали “Саммит“, то вы знаете, как затем сложится судьба этого моста…

И в следующей лекции, уже девятой, наконец-то доберёмся до самих книг и их героев.

Read More →